Успенская церковь в Енисейске - история строительства.

Успенская церковь в Енисейске - история строительства.

История строительства и архитектура Успенской церкви в Енисейске. 

 Строительная история кладбищенской церкви Успения богородицы в Енисейске тесным образом связана с интереснейшим периодом в градостроительном развитии городов Сибири, отмеченным масштабными преобразованиями их планировочной структуры и застройки. В соответствие с указом императрицы Екатерины II от 25 июля 1763 года «О сделании всем городам, их строению и улицам специальных планов, по каждой губернии особо» в 1764-1768 годах, по указанию губернатора Дениса Ивановича Чичерина, внесшего большой вклад в реализацию идей перепланировки сибирских городов, в тобольской чертежной был подготовлен первый регулярный план Енисейска. Этот генеральный план на математической основе был разработан одновременно с планами других городов: сибирской столицы - Тобольска, крупного духовного центра Сибири - Тюмени и уездного города Тары. В отличие от указанных населенных мест, чьи планы были в последствие высочайше конфирмованы Екатериной II, этот план Енисейска, несмотря на подписание губернатором Д.И.Чичериным, так никогда и не был утвержден.

В соответствие с одним из последующих регулярных планов Енисейска, в его нагорной части, к западу от комплекса Спасского мужского монастыря было определено место для размещения городского кладбища. Земельный участок для этой цели был назначен в северо-западном углу пересечения одной из предполагаемых к прокладке продольных улиц города и поперечной улицы, разбитой вдоль пересохшего русла небольшого ручья, носившего в древности название Сухой Розлок, и когда то входившего в систему водных оборонительных рубежей Енисейска. Обустройство комплекса нового городского кладбища на этом месте завершилось весной 1774 года, когда здесь одиннадцатого мая была освящена деревянная кладбищенская церковь во имя Успения богородицы.

Любопытна предшествующая история этого здания. Из переписки с тобольской консисторией следует, что эта деревянная церковь в начале 1774 года «по желанию всех вообще жителей города» была перенесена с территории Торга за пределы Енисейска и поставлена «от Спасского монастыря близ казенных магазеинов со всем церковным украшением для кладбища мертвых тел». Судя по фиксационному плану Енисейска 1760-х годов, эта постройка ранее, носившая именование в честь праздника Знамения богородицы, располагалась на территории административно-торгового центра города, к северо-западу от каменной Преображенской церкви. Ее строительство, как временной постройки, было связано с необходимостью богослужения в период возведения каменной церкви Преображения при гостином дворе, которое осуществлялось с 1747 года на средства прихожан во главе с выборным строителем – енисейским мещанином Антоном Алексеевичем Самойловым. Именно по их просьбе тобольскими властями было дано разрешение на строительство временной деревянной церкви Знамения богородицы для того чтобы «была служба пока будет созидаться настоящая каменная Преображенская церковь». Практика возведения временных деревянных церквей для богослужения во время строительства каменных храмов нередко практиковалось сибирскими приходами. Так, например, в 1774 году по просьбе жителей Красноярска тобольский епископ Варлаам позволил выстроить «на время до построения каменной» деревянную Покровскую церковь. В 1783 году тобольскими властями было дозволено игумену Туруханского монастыря Феофану заложить в Инбацкой волости деревянную церковь во имя Николая чудотворца для богослужений до окончания строительства каменного храма. В 18 веке годные к эксплуатации деревянные храмы в населенных местах Приенисейского края нередко получали второе рождение при переносе их на новые места. Так, например, в 1797 году в Красноярске деревянная Благовещенская церковь, в связи с началом строительства на ее месте каменной церкви, была перенесена на территорию Всесвятского кладбища, где стала использоваться в качестве кладбищенского храма. В 1798 году эту вновь выстроенную деревянную кладбищенскую церковь переосвятили во Всесвятскую.

Деревянная церковь Знамения на Торгу была закрыта в 1770 году после окончания длившегося с 1765 года строительства одноименного придельного храма с южной стороны Преображенской церкви. Мероприятиями по урегулированию застройки центральной части Енисейска, которые содержались в генеральном плане 1760-х годов, эта церковь была предназначена к выносу с территории центра города, без указания ее нового местонахождения.

Впервые положение комплекса Успенского кладбища с деревянной кладбищенской церковью Успения в застройке Енисейска зафиксировал генеральный план города, сочиненный в 1797 году енисейским уездным землемером И.Козловским. В это время здание церкви занимало прямоугольный вытянутый вдоль течения Енисея земельный участок, находившийся на одном из самых высоких городских холмов. К востоку от кладбища размещался комплекс построек «конюшен для драгунских лошадей», а к северу располагались постройки деревянного тюремного острога.

К началу 90-х гг. XVIII века деревянную кладбищенскую церковь Успения было решено заменить каменной. Инициаторами и ктиторами строительства каменной Успенской церкви выступили енисейские купцы-второгильдейцы Семен Михайлович Трескин и его сын Петр, принадлежавшие к коренной фамилии посадских жителей. Оба купца Трескины пользовались среди енисейцев заслуженным авторитетом. Первый из них в 1741 году избирался ратманом, а в 1745 году бургомистром енисейского магистрата. Второй в 1793-1794 годах занимал должность городского головы. Благодаря энергичной деятельности отца и сына Трескиных енисейцами были собраны необходимые для строительства денежные средства и заготовлены строительные материалы. По благословению тобольского архиепископа Варлаама каменная двухэтажная Успенская церковь была торжественно заложена 9 сентября 1793 года в нескольких саженях от существовавшей здесь деревянной кладбищенской церкви.

Из документов церковного архива следует, что строительство Успенского храма на первом этаже здания завершилось в 1797 году. После окончательной отделки интерьера храма и установки иконостаса его освящение состоялось 11 июля 1799 года. При освящении Успенского храма был использован антиминс деревянной кладбищенской церкви, «священнодействованный» еще в 1770 году епископом тобольским и сибирским Варлаамом.

Храм апостолов Петра и Павла на втором этаже здания был заложен 27 августа 1794 года по грамоте тобольского архиепископа Варлаама, выданной 27 февраля того же года. Основная доля средств на строительство летнего храма Успенской церкви была пожертвована купцом Петром Семеновичем Трескиным. Строительство и оборудование холодного Петропавловского храма затянулось до осени 1817 года. В октябре этого года «вдова, купецкая жена» Ирина Трескина испрашивала у енисейского духовного правления разрешения на освящение выстроенного храма, сообщая, что Петропавловская церковь «как каменным строением, так и благолепиями украшена». В октябре того же года енисейское духовное правление обратилось к тобольскому архиепископу Амвросию с «доношением», в котором сообщало, что Успенская церковь «каменным строением украшена, и в том благолепием довольно снабжена, а затем к освящению почитаемо готова». В своем послании от 25 ноября 1817 года тобольский архиепископ Амвросий дозволил «при кладбищенской Успенской церкви престол во имя первоверховных апостолов Петра и Павла освятить по чиноположению». Для освящения Петропавловской церкви священнику Мокрушенского села Енисейского округа Дмитрию Попову в Тобольске был выдан святой антиминс, который им был доставлен в Енисейск.

В июле 1818 года енисейское духовное правление рапортовало тобольскому архиепископу Амвросию: «имеющийся при енисейской кладбищенской Успенской церкви в верхнем этаже храм во имя святых Первоверховных апостолов Петра и Павла минувшего июня 17 дня соборне освящен».

На одном из генеральных планов Енисейска начала 19 века видно, что к югу и западу от Успенской церкви были распланированы кварталы жилой застройки, а вдоль ее южного фасада была проложена улица, получившая в последствие название Успенской (в советское время переименована в Рабоче-Крестьянскую).

Консисторская справка за 1822 год сообщает, что с момента освящения Успенского храма на первом этаже кладбищенской церкви, проживающие вокруг нее «купцы и мещане многократно просили ее учинить приходскою». Однако из-за недостаточного числа дворов и прихожан просьбы енисейцев длительное время оставались без удовлетворения. По-прежнему в деятельности столичных духовных властей соблюдались требования синодального указа о недопущении строительства «лишних церквей». Без положительного решения было оставлено даже обращение тобольского архиепископа в Синод в октябре 1807 года. Лишь в 1823 году, после неоднократных просьб, с разрешения Синода Успенская церковь стала приходской, а кладбище вокруг нее было закрыто по решению городских властей.

К этому времени в западной части города с 1794 года уже действовало другое городское кладбище, получившее позднее по названию местности наименование Севастьяновского. Обширный земельный участок для этого кладбища был отведен за пределами городской застройки к юго-западу по Ачинскому тракту. Здесь в 1785-1794 годах была выстроена небольшая каменная кладбищенская церковь в честь праздника Воздвижения креста господня. Впервые здание Крестовоздвиженской кладбищенской церкви было показано на плане города 1797 года.

В начале 1824 года священнослужители и прихожане Успенской церкви обратились в Енисейское духовное правление с прошением о строительстве крыльца и помещения для сторожей. Причины обращения прихожан к духовным властям становятся понятными из рапорта правления архиепископу тобольскому и сибирскому Амвросию, датированному мартом 1824 года. Енисейские священнослужители сообщали: «Церковь же сия 2х этажная и двупрестольная. В нижнем храме Успенье Божьей Матери, а в верхнем Апостолам Петру и Павлу, из коих в последней, наипаче во время Собрания Народнаго, вход потесности своей весьма неудобен, потому, как он сделан для хождения только на колокольню. По сему за непременно и необходимо находит в означенную церковь для входа заплотить крыльцо каменное, равно и сторожку».

Некоторое время спустя в иркутской духовной консистории была рассмотрена смета «на предполагавшуюся при градоенисейской Успенской церкви постройку крыльца и сторожки», составленную в связи с отсутствием в Енисейске академически обученных архитекторов или землемеров имеющими опыт «мастеровыми людьми». Именно к этому времени следует отнести появление у западного фасада колокольни крыльца с четырьмя колоннами, а на территории церкви одноэтажного здания для помещения сторожа.

В середине 20-х годов 19 века в связи с ростом численности прихода Успенской церкви енисейским купцом Александром Григорьевичем Кобычевым было инициировано строительство одноэтажного придельного храма во имя святителя Иннокентия иркутского чудотворца с северной стороны здания.

Как следует из документов церковного архива, закладка северного придельного храма Успенской церкви состоялась в 1825 году по разрешению, полученному из Иркутска. В сентябре 1827 года енисейское духовное правление докладывало архиепископу Иркутскому, Нерчинскому и Якутскому Михаилу: «придельный храм во имя Святителя Иннокентия Иркутского Чудотворца наружным строением и внутренним благолепием окончан, по чему и просит на освящение того храма испросить от Вашего Высокопреосвященства святый антиминс и благословение…». Придельный храм святителя Иннокентия был освящен 23 ноября 1827 года. Вероятнее всего автором проектных чертежей придельного храма был первый губернский архитектор образованной в 1822 году Енисейской губернии Павел Федорович Воцкий, приступивший к выполнению своих обязанностей в феврале 1824 года.

Основные черты сформировавшегося к этому времени архитектурного облика Успенской церкви зафиксировала акварель Воронова 1837 года - первое из известных нам графических изображений здания. На этой акварели хорошо виден северный фасад Успенской церкви с одноэтажным придельным храмом святителя Иннокентия. У западного фасада церкви видна двускатная крыша крыльца и далее к западу, одноэтажное здание сторожки (крыльцо и сторожка были возведены в 1825-1827гг.). Помимо самого здания акварель зафиксировала находившуюся вокруг него кирпичную ограду волнообразного рисунка. Судя по сведениям, содержащимся в одной из справок енисейского духовного правления, можно предположить, что эта ограда вокруг всего здания была возведена в промежуток времени между 1818 и 1822 годами. Кирпичные ограды аналогичного вида существовали у Спасского монастыря (с западной стороны келейного корпуса) и у Воскресенской церкви.

В начале 1830-х годов в енисейской купеческой среде возникла идея надстройки северного придельного храма вторым этажом. В 1833 году вдова известного енисейского купца 3ахара Толстых и купец Дементьев предложили церковным властям пристроить на собственные средства к Успенской и Преображенской церквям придельные храмы. Летом этого же года по предписанию енисейского губернатора в Енисейске побывал архитекторский помощник П.А.Шаров, составивший необходимые проектные чертежи. Чертежи придельных храмов в январе 1835 года были утверждены енисейским губернатором и переданы купцу Дементьеву.

По неизвестной нам причине надстройка северного придельного храма при Успенской церкви на средства купца Дементьева не состоялась. Возможной причиной этого мог стать отказ духовного ведомства, не желавшего нарушать сложившийся архитектурный облик постройки. Известно, что в ноябре 1835 года томская духовная консистория именно по этому поводу отказала в разрешении на строительство двухэтажного придельного храма при Преображенской церкви в Енисейске. В журнале одного из своих заседаний священники консистории записали: «Допустить постройку 2-х этажного придела против имеющегося…одноэтажного с южной стороны, будет не соответственно наружной архитектуре».

За двадцать лет до описываемых событий, в апреле 1812 года тобольский архиепископ Амвросий, рассматривая вопрос о пристройке к Христорождественской церкви в Енисейске двухэтажного придела, также ответил отказом. Объясняя причину своего отказа, он писал: «На пристройку приделов я не согласен, потому, что такова пристройка ненужна и обезобразит настоящую церковь». Примечательно, что тобольскими духовными властями строительство придельного храма было запрещено, несмотря на наличие разработанных архитектором «планов и фасадов».

Через несколько лет прихожане Успенской церкви вновь вернулись к идее надстройки придельного храма святителя Иннокентия. В марте 1838 года енисейский первой гильдии купец А.А. Кобычев сообщал в Енисейское духовное правление: «что имеет намерение выстроить на собственное иждивение при градо Енисейской Успения Божией Матери двухэтажной церкви придел во имя Св. Благоверного князя Александра Невского на таковом же выстроенном мною же в прошлом 1825 году приделе во имя святителя Иннокентия и снабдить сей вновь предпринимаемый к постройке храм всем нужным благолепием от себя не требуя на то пособия не из церковной суммы не от других складчиков».

Придельный храм во имя равноапостольного князя Александра Невского на втором этаже северного придела Успенской церкви был заложен 14 июля 1842 года. Уже к сентябрю этого же года храм был «выстроен совершенно согласно с утвержденным проектом». Освящение законченного храма состоялось 24 августа 1843 года архимандритом Енисейского Спасского монастыря Ксенофонтом. В соответствие с узаконенными правилами возведения каменных построек надзор за строительством придельного храма Александра Невского осуществлял помощник енисейского губернского архитектора П.А.Шаров. В своем «свидетельстве» о завершении строительства придельного храма художник архитектуры десятого класса Шаров писал: «я нижеподписавшейся удостоверяю, что действительно постройка этого здания произведена из материалов прочного качества под моим надзором, с достаточным во всех частях исполнением и окончена она во всех отношениях согласно утвержденному начальством плану и фасаду без малейшего отступления и с совершенною прочностью».

Таким образом, к середине 1840-х годов своеобразная архитектурная композиция двухэтажной четырехпрестольной енисейской Успенской церкви окончательно сформировалась. Облик здания этого времени донесла до нас гравюра «Вид города Енисейска», опубликованная в памятной книжке Енисейской губернии за 1863 год.

Опустошительный пожар Енисейска 1869 года, нанесший непоправимый ущерб многим городским храмам, к счастью не затронул Успенской церкви. Сведения об изменениях в архитектурном облике самого здания и благоустройстве его территории содержит клировая ведомость Успенской церкви 1870-х годов. Из содержания ведомости следует, что в 1874 году к северному фасаду церковной колокольни была пристроена одноэтажная кладовая, сохранившаяся до настоящего времени. Старая кирпичная церковная ограда была сломана и взамен нее была выстроена новая «с двойными на западной стороне железными створными воротами, а между ними каменною кладовою».

Первоначальная архитектурная композиция енисейской Успенской церкви, имеющая отношение в строительному периоду 1793-1818 годов, принадлежала к характерному для сибирской храмостроительной практики XVIII века типу двухэтажной трапезной церкви с последовательным расположением на одной оси объемов храма, трапезной и колокольни. Впервые в енисейском каменном зодчестве 18 века двухэтажная композиция церкви с размещением теплого придела на первом и холодного на втором этаже, была использована зодчим А.Д.Стахиевым в 1755-1758 годах при возведении Христорождественского собора одноименного девичьего монастыря. К началу строительства Успенской церкви в Енисейске была завершена реконструкция гостинодворской Преображенской церкви, которая в процессе работ получила второй этаж. Таким образом, Успенская церковь стала третьей двухэтажной церковью в ряду енисейских храмов, выстроенных в городе в 18 веке.

Первоначальная (без северного придела) трехчастная структура плана енисейской Успенской церкви отличалась ясностью построения. К бесстолпному слегка вытянутому в поперечном направлении помещению храмового четверика с востока примыкает помещение полукруглой алтарной апсиды, с запада – одинаковое по величине с храмовым помещение трапезной, к которому с запада пристроено вытянутое вдоль продольной оси здания помещение церковной паперти. Продолжая традицию енисейского храмостроения предшествующего времени, стены боковых фасадов Успенской церкви были возведены в одну сплошную линию.

Особенностью плана Успенской церкви является количество и порядок размещения оконных проемов на южном и северном (до пристройки придела) фасаде. Впервые в зодческой практике Енисейска храмовый четверик (на первом этаже) Успенской церкви получил двухосную компоновку проемов и без устройства входных дверей. Двухосные храмовые четверики известны по более ранним двухэтажным с продольно-осевым расположением объемов церквям устюжского и вятского регионов. Христорождественская церковь (1713г.) погоста Цилиба под Устюгом, церковь Воскресения (1743-1775гг.) в Варницах в Тотьме, Спасская церковь (1773-1783гг.) в селе Вяз под Вяткой – далеко не полный перечень таких произведений церковной архитектуры. При отсутствии документальных данных об ориентации при возведении енисейской Успенской церкви на какой-либо конкретный образец, следует отметить, что структура ее плана обнаруживает значительное сходство с планом Спасской церкви в вятском селе Вяз – великолепным памятником местного варианта провинциальной барочной архитектуры.

Географически более близкими произведениями церковной архитектуры с двухосными храмовыми четвериками являются постройки Прикамья, такие как каменная Никольская церковь (1695г.) Пыскорского монастыря, двухэтажная Троицкая церковь (1687-1688 гг.) в селе Ленва под Новым Усольем, двухэтажная Иоанно-Богословская церковь (1717-1718 гг.) в Чердыни, Покровская церковь (1750 г.) в селе Верх-Усолка под Соликамском. В тобольской храмостроительной традиции каменные церкви с двухосными четвериками не прослеживаются.

Наиболее ранней из известных нам построек «енисейского круга» с двухосным храмовым четвериком является Троицкая церковь (1777 г.) в селе Атаманово красноярской округи. В отличие от енисейской Успенской церкви на западной оси южного фасада ее четверика располагался дверной проем. Этот же прием компоновки проемов на фасаде четверика с устройством входа был использован в Спасской церкви (1785-1798гг.) приангарского села Кежма. Почти аналогичную енисейской Успенской церкви композицию планов имеют двухэтажные: Троицкая церковь (1793-1817 гг.) в селе Сухобузимском и Успенская церковь (1796-1834 гг.) в селе Верхнеимбатском.

Другой особенностью плана енисейской Успенской церкви является полукруглая форма алтарной апсиды. На протяжении всего периода возведения каменных церквей в Енисейске эта весьма архаичная форма алтаря оставалась характерным признаком произведений местного зодчества. Единственным примером использования прямоугольной формы алтарной апсиды среди городских храмов была кладбищенская церковь Входа в Иерусалим (1801-1819гг.).

Интересной особенностью архитектуры Успенской церкви является несоответствие количества осей оконных проемов нижнего и верхнего этажей храмового четверика. Такое редкое в сибирском зодчестве 18 века композиционное построение фасадов храмовых объемов мы встречаем в двухэтажной церкви Воскресения (1743-1750, 1772-1775 гг.) в Варницах в Тотьме. Известно, что верхний этаж этой и других церковных построек Тотьмы, как правило, надстраивался через длительный период времени после завершения строительства нижнего этажа, и, следовательно, несоответствие количества осей, в отличие от енисейской Успенской церкви, вряд ли было результатом сознательного творческого акта. В дальнейшем такое соотношение количества оконных проемов на первом и втором этажах мы наблюдаем в Троицкой церкви (1793-1817 гг.) села Сухобузимского красноярской округи, которая также как и Успенская енисейская церковь была явно выстроена по изначально задуманной архитектурно - композиционной идее. В ходе дальнейшего развития церковного зодчества Приенисейского края этот композиционный диссонанс был преодолен в двухэтажной Успенской церкви (1796-1834 гг.) в селе Верхнеимбатском. На втором этаже ее храмового четверика количество осей оконных проемов было сокращено до двух.

К числу особенностей архитектуры енисейской Успенской церкви следует также отнести устройство круглого окна на первом этаже храмового четверика. Окно, обрамленное изящным картушем, располагается между двумя оконными проемами с их пышными наличниками и врезано в пояс карниза, разделяющего этажи кафоликона. Этот довольно редкий в сибирском зодчестве 18 века прием, возможно, восходит к более ранней архитектуре придельных храмов Богоявленского собора, Воскресенской, Преображенской и Христорождественской церквей в Енисейске. Круглая форма окна, неизвестная ранее енисейским церковным постройкам, имеет конкретный образец – круглые окна алтарной апсиды и трапезной тобольской церкви Воскресения. Среди более ранних церквей Приенисейского края аналогичный прием размещения оконных проемов на фасаде храмового четверика известен нам по одноэтажной Троицкой церкви (1777 г.) в селе Атаманово. Вместо круглой формы оконного проема «второго света» здесь была использована форма квадрифолия.

В каменных церквях других районов Сибири близкий по характеру прием устройства круглого окна был использован на фасаде ныне утраченной кладбищенской Тихвинской церкви (1784-1789 гг.) в городе Тара.

Доминатной объемной композиции Успенской церкви служил высокий двухэтажный храмовый четверик, каждый фасад которого завершался лекально изогнутым щипцом с круглым окном. В прошлом четверик имел великолепное завершение в духе европеизированного столичного барокко. Его архитектурное решение, необычное для всего предшествующего периода каменного церковного строительства в Енисейске, продолжало линию развития «нового манира», впервые нашедшего отражение в удивительно гармоничном венчании холодного Вознесенского храма (1779-1789 гг., освящен в 1804 г.) на втором этаже Преображенской церкви на енисейском Торге. В основе венчаний Успенской и Вознесенской церквей лежал авторитетнейший в Сибири первообраз – Воскресенская (Захария и Елизаветы) церковь (1759-1776 гг.) на Нижнем базаре в Тобольске. Выстроенная не без участия технически обученного зодчего, вероятнее всего имевшего отношение к школе крупнейшего русского архитектора елизаветинской эпохи Ухтомского Д.В., тобольская церковь стала образцом для подражания при возведении большого числа церковных построек Сибири в последней четверти 18 века.

Старательно следуя указанным образцам зодчие енисейской Успенской церкви, привнесли в композицию ее храмового венчания собственное прочтение архитектуры первоисточников. Особой оригинальностью обладали вычурные фронтончики с круглыми окнами-люкарнами над углами храмового четверика, своей формой больше напоминавшие бочечные конструкции из арсенала приемов деревянного зодчества, нежели воспроизводимые элементы храмовых венчаний указанных выше образцов. Из-за недостаточной высоты купольного покрытия четверика Успенской церкви ее храмовое завершение оказалось несколько лишенным того динамичного устремления вверх, которое было присуще тобольской и енисейской предшественницам. В целом же отличающееся особым изяществом и легкостью храмовое пятиглавие Успенской церкви без сомнения следует отнести к числу выдающихся произведений сибирской архитектуры в духе «елизаветинского» барокко.

Важными стилеобразующими элементами композиции завершения храмового четверика Успенской церкви были двухъярусные восьмигранные барабаны пятиглавия. Их ребра, оформленные пластичными вертикальными волютами – излюбленным в архитектуре барокко мотивом играли исключительно видную роль в создании выразительного силуэта здания. Более крупный центральный барабан храмового пятиглавия был установлен на восьмигранную трибуну в верхней части купола. Грани центрального барабана, как и грани барабанов периферийных глав, были прорезаны узкими вертикальными оконными проемами, вероятнее всего имевшими ложный характер.

Полная утрата завершения храмового четверика Успенской церкви (оно разобрано до перемычек окон второго света четверика) не позволяет в настоящее время определить первоначальный характер его сводчатого перекрытия и конструкций люкарн в щипцах и фронтонах.

В этой связи особое значение для восстановления конструкций свода имеет хорошо сохранившаяся Спасо-Преображенская церковь села Нижняя Синячиха под Алапаевском на Урале. Выстроенная в 1794-1823 годах она представляет собой характерный пример более поздней реплики тобольской Воскресенской (Захария и Елизаветы) церкви.

Сводчатая конструкция храмового четверика обследованной нами Спасо-Преображенской церкви представляет собой довольно сложную систему. Конструктивный переход от четверика к восьмилотковому сомкнутому своду осуществляется при помощи невысоких кирпичных арочек, пояс которых расположен несколько выше перемычек оконных проемов «верхнего света» четверика. В верхней части свода в месте стыка его лотков устроено отверстие для пропуска света от барабана центральной главы храмового девятиглавия и круглых проемов, прорезающих тело восьмигранной трибуны, на которой покоится барабан центральной главы. Барабаны диагональных главок храмового девятиглавия имеют световой характер. «Световые каналы» барабанов имеют выходы в интерьер храма: выходы расположены за арками опорного контура свода.

Иной характер имеет конструкция свода Воскресенской церкви в Томске, выстроенной в 1798-1820-е гг. Диагональные грани восьмилоткового сомкнутого свода храмового четверика опираются на кирпичные арки. Пояс кирпичных арок расположен на уровне венчающего карниза стен четверика. Как и в Спасо-Преображенской церкви села Нижняя Синячиха в месте стыка лотков свода томской церкви устроено отверстие для пропуска света от барабана центральной главы храмового пятиглавия. Тамбуры с круглыми глухими люкарнами, расположенные над углами храмового четверика, не имеют выходного проема в интерьер. «Глухими» были и круглые оконные проемы в щипцах четверика. Восьмигранные барабанчики, возвышающиеся над тамбурами, также были «глухими», и не имели внутреннего светового колодца.

Наиболее географически близким из сохранившихся аналогов енисейской Успенской церкви является Богоявленская церковь в селе Подсосенском Назаровского района Красноярского края (1806-1825 гг.), изучение которой было предпринято нами совместно с архитектором А.Ф.Блохиным в 1994 году. Храмовый четверик Богоявленской церкви перекрыт сомкнутым восьмилотковым сводом с отверстием в месте стыка лотков. Диагональные лотки свода опираются на невысокие кирпичные арочки, пяты которых находятся чуть выше перемычек оконных проемов «второго света» храмового четверика. Невысокие трехлопастные полуглавия, поднимающиеся над фасадами четверика, прорезаны круглыми люкарнами, амбразура которых под углом выложена в толще стены. Выход амбразуры в интерьер храма оформлен в виде прямоугольного проема с арочной перемычкой.

Двухэтажная полукруглая алтарная апсида енисейской Успенской церкви изначально имела на каждом ярусе по три оконные оси, и перекрывалась на первом этаже конхой с надоконными распалубками. На втором этаже апсиды перекрытия были плоскими из деревянных балок. Самая северная распалубка, наблюдаемая сегодня в интерьере алтаря на первом этаже, была устроена над печью, которая его отапливала (разобрана во время пристройки северного придела). Нижний этаж церкви перекрывается кирпичными сводами: как указывалось выше конхой в алтаре и «вспарушенными» с надоконными распалубками в храме и трапезной. Сводчатые конструкции на втором этаже здания сохранились в помещении трапезной в виде цилиндрического свода с надоконными распалубками. Первоначальное перекрытие второго этажа северного придела было плоским.

Четырехъярусная, восьмигранная в верхних двух ярусах колокольня Успенской церкви имеет несколько приземистые пропорции. Ее столп перекрыт кирпичным сводом, опирающимся на широкие арки «звона». Ярус «звона» имеет восемь таких арочных проемов. Северная грань «подзвонного» яруса прорезана небольшим круглым окном. На фасадах второго яруса колокольни находится по одному оконному проему для полноценного освещения паперти холодного храма на втором этаже здания. Судя по фотографиям, в прошлом колокольня завершалась восьмигранным «глухим» барабаном с установленным на него высоким граненым шпилем. Ребра барабана, как и барабаны храмового пятиглавия были оформлены вертикальными волютами. Возможно, первоначально купол колокольни Успенской церкви имел иную более сложную форму, близкую по характеру купольным покрытиям барабанов глав храмового венчания. Фасады восьмигранных ярусов колокольни лишены декоративного убранства, вероятнее всего вследствие экономии денежных средств на строительство здания. Оконные проемы второго яруса колокольни имеют такие же обрамления, как и окна нижнего яруса храмового четверика и трапезной.

Утраченные кованые металлические кресты церковных глав имели сложный рисунок. Сохранившийся крупный фрагмент креста одной из храмовых глав дает возможность полностью воссоздать этот элемент венчания. Крест, возвышавшийся ранее над главкой шпиля, сохранился полностью, и хранится в Успенской церкви.

Специфической особенностью декоративного убранства фасадов Успенской церкви являются эффектные оконные обрамления, в формах которых явственно угадываются мотивы позднего барокко. Прихотливый рисунок обрамлений окон первого этажа набран из кирпичных деталей с использованием S-образного и омегообразного мотива. В отличие от своих нанесенных краской или лепных прототипов, они являются частью кладки стены. Аналоги этой техники декорации фасадов известны, например, по храмам г.Тотьмы, где существовала собственная архитектурная школа провинциального барокко, расцвет которой пришелся на 70-90 годы XVIII столетия.

Впервые обрамления такого типа появились в Енисейске вокруг окон «верхнего света» Вознесенского храма на втором этаже гостинодворской Преображенской церкви (1779-1787 гг., освящен в 1804 г.). В произведениях уральской, тобольской и иркутской архитектурных школ, определенное влияние которых испытали енисейские храмы второй половины 18 века, аналоги формы этих оконных наличников нам не известны. Среди возможных источников скорее приема декорации фасада, нежели самой формы этих наличников следует назвать необычные обрамления - картуши окон второго этажа храмового четверика Благовещенской церкви (1736 г.- первый этаж, 1760-е гг.) в селе Вожбал под Тотьмой во владениях тотемских купцов Пановых, разбогатевших на торговле пушниной с Алеутских островов. В ряду великолепных храмов Тотьмы второй половины 18 века, эта церковь стала первой, фасады которой были украшены рокайльными элементами с широким использованием S – образного мотива. Примечательно, что в отличие от последующих тотемских храмов картуши вожбальской Благовещенской церкви выполняли функцию обрамления оконных проемов, а не заполнения стеновых поверхностей. По этому признаку наличники окон енисейской Успенской церкви обнаруживают значительную близость с вожбальским храмом. Причина этого могла крыться в строительных амбициях заказчиков Успенской церкви – енисейских купцов Трескиных, наживших свой капитал на торговле в Кяхте добытой в Туруханской тайге пушниной, и не желавших отставать от известных в Сибири тотемских купцов Пановых ни в щедрости пожертвований на церковное строительство ни в богатстве украшений храмов.

Таким образом, Успенская церковь в Енисейске была вторым после Вознесенского храма на верхнем этаже гостинодворской Преображенской церкви зданием, архитектура которого испытала влияние отдельных декоративно-художественных качеств тотемского церковного стиля.

Наряду с тотемской архитектурой среди возможных источников форм оконных обрамлений енисейской церкви Успения следует назвать еще один – эффектное декоративное убранство церквей украинского Левобережья и Поднепровья, в частности одного из авторитетнейших образцов – Успенского собора Киево-Печерской лавры. По нашему мнению отголоски лепных украшений украинских храмов присутствуют в рисунке наличников окон «второго света» храмового четверика Успенской церкви. Вертикальные цветочные гирлянды этих наличников несколько в огрубленном виде, обусловленном кирпичной техникой исполнения, воспроизводят аналогичный декоративный мотив, знакомый нам, например, по пышному лепному оформлению фасадов колокольни Софийского собора в Киеве, колокольни на дальних пещерах Киево-Печерской лавры и Вознесенского собора в г.Переяслав-Хмельницком.

Появление в убранстве фасадов енисейской Успенской церкви отзвуков декоративных мотивов украинских церквей вряд ли выглядит случайным. В течение XVIII века тобольскими архиепископами, имевшими украинское происхождение, не редко предпринимались меры по приобщению сибирской храмостроительной практики к малороссийским архитектурно-художественным традициям. В этой связи показателен пример тобольского архиепископа Амвросия, предложившего в 1812 году енисейскому купцу М.Хороших украсить иконостас одного из приделов Христорождественской церкви «по примеру киевских церквей».

Несколько иной характер декоративного оформления оконных наличников имеет двухэтажный объем северных придельных храмов Успенской церкви. Несмотря на то, что придельные храмы были выстроены с участием архитекторов-классицистов П.Ф.Воцкого и А.П.Шарова, их декоративное убранство демонстрирует скорее приемы эпохи стилизаторства, нежели постулаты классицизма. Почти с археологической точностью, хотя и в более упрощенном виде, убранство оконных наличников придельных храмов повторяет рокайльные элементы наличников окон Петропавловского храма. Дополнением служат надоконные сандрики: в виде мотива «распахнутой завесы» с веерным замковым камнем и в виде накладной плоской филенки с профилированной горизонтальной тягой.

Полным контрастом вычурным оконным обрамлениям Успенской церкви выглядит скупое декоративное оформление стеновых поверхностей здания, состоящее лишь из карнизов, составленных из горизонтальных полочек. Углы архитектурных объемов здания оформлены раскрепованными по карнизам плоскими лопатками, лишенными каких либо декоративных украшений. В характерных традициях енисейского зодчества предшествующего времени храмовый четверик Успенской церкви не имеет промежуточных вертикальных членений, а его этажность правдиво выявлена на фасаде горизонтальной линией карниза. По силе художественного контраста между «пустыми» фоновыми участками стен и вычурными обрамлениями оконных проемов фасады Успенской церкви разительно отличаются от экстерьеров енисейских построек предшествующего времени и более всего приближаются к храмам знаменитой тотемской архитектурной школы. В этой связи не лишним будет вспомнить близкие аналогии в развитии церковной архитектуры последней четверти 18 века Восточной Сибири: Церковь Харлампиевская (Архангельская) (1777-1790 гг.) в Иркутске, Спасская церковь (1775-1796гг.) в селе Урик под Иркутском, Троицкий собор (1783-1789гг.) в Селенгинске, Троицкая церковь (1798-1809гг.) в Верхнеудинске. Их декоративное убранство, в отличие от енисейской Успенской церкви почти буквально повторяет фасадные украшения тотемских храмов-образцов.

Енисейская Успенская церковь представляет собой характерный пример сакральной постройки эпохи господства творческого метода строительства по образцам. Ее уникальная архитектура, созданная представителями цеха мастеров каменных дел – выходцами из самых широких слоев посадского населения в духе «елизаветинского» барокко, синтезировала черты более ранних построек не только Енисейска, но в значительно большей степени «ключевых» произведений других строительных центров, лежащих на пути между Русским Севером и Сибирью. Благодаря весьма органичному сплаву тобольско-енисейских объемно-пространственных форм и конструктивных приемов, тотемских и отчасти украинских художественно-стилистических мотивов зодчим Успенской церкви удалось создать яркий жизнеутверждающий образ здания, не только отражающий представления современного приходского мира об архитектуре «нового вкуса», но и совершенно не вяжущийся с изначально определенным кладбищенским назначением постройки.

Статья написана в 1996 году.




Кафедра ЮНЕСКО в Красноярске

Фонд Архитектурное наследие Центральной Сибири

Старые фотографии
Информационные партнеры