Усадьба Ларионова в Красноярске

Усадьба Ларионова в Красноярске

Усадьба Ларионовых по ул.Ленина, 3 в Красноярске,
строительная история.

                       В 1810-х годах в соответствии с действовавшими правилами, строительство каменных зданий в Красноярске велось преимущественно в районе административно-торгового центра и вдоль главных продольных "больших" улиц, определенных послепожарным генеральным планом города 1773-1775 годов. Первым кварталом Красноярска, где еще в XVIII веке появилось первое кирпичное жилое здание был массив застройки, ограниченный в прошлом с севера — улицей Качинской, позднее Благовещенской (после строительства Благовещенской церкви), с востока переулком Галкинским (ныне ул.Каратанова), с юга — ул.Воскресенской (ныне проспект Мира ), с запада — переулком Благовещенским (ныне ул.9 января ). Северо-восточный угол этого квартала при урегулировании плана Красноярска, был скошен в соответствие с рельефом местности.

Именно на этом изгибе линии застройки квартала и был построен дом купца П.Ф.Ларионова, который стал одним из первых каменных зданий Красноярска рассматриваемого периода. История строительства этого здания такова. В 1796 году, согласно записи в "Списке жителей" 1811 года, в красноярское городское общество, по указу Тобольской казенной палаты был записан иркутский купец Петр Федорович Ларионов.

В Красноярск он приехал вместе с женой и малолетним сыном. Сразу же после приезда П.Ф.Ларионов, объявив за собой необходимый капитал, вступил в третью купеческую гильдию. Одновременно, в возрасте 37 лет, купец попытался занять должность бургомистра в городовом магистрате. "Список учиненной баллотированным в градские головы и в городовой магистрат в бургомистры и ратманы" 1797 года отметил П.Ф. Ларионова среди кандидатов от купцов.

После неудачи на выборах 1797 года, П.Ф.Ларионов в 1801 году вторично выставил свою кандидатуру на должность бургомистра. Эти выборы оказались для него удачными. По указу императора , подписанному в декабре 1801 года, П.Ф.Ларионов был утвержден на должности красноярского бургомистра и исполнял ее совместно с Евграфом Пороховщиковым в 1802-1805 годах . "Обывательская книга" Красноярска 1807 года сообщает, что в период с первого февраля по восьмое февраля 1802 года П.Ф.Ларионов исполнял должность городского головы.

В декабре 1800 года третьей гильдии купец Петр Федорович Ларионов приобрел у вдовы казацкого атамана Веры Осиповны Толщиной усадьбу с надворными постройками. Это становится известно из материалов, хранившихся в личном архиве купца. Эти данные подтверждает "Обывательская книга Красноярска" 1807 года.

Приобретенная П.Ф.Ларионовым усадьба находилась на улице Качинской в первой куртине и значилась под номером два в списке го- родских владений.Судя по записи в "Обывательской книге" усадьба располагалась на левой стороне улицы Качинской. На момент покупки в состав усадьбы входили: "Деревянный дом в четыре жилые покоя, на отставе — людские избы и сараи..." Здесь же были указаны размеры приобретенного П.Ф.Ларионовым домовладения: "мерою под тем домом (усадьбой — К.Ш.) земли: длиннику спереди десять (21,3м.), сзади семнадцать (36,2м.), поперешнику со сторон: правую — восемнадцать (38,3м.), левую- двенадцать (25,6м.) сажен печатных". В январе 1817 года П.Ф.Ларионов, будучи в должности бургомистра Красноярска, на которую он был выбран красноярским городским обществом, приобрел усадьбу отставного регистратора Якова Сабурова. Купчая на покупку была оформлена в Красноярском Уездном Суде.

Это домовладение находилось по улице Качинской в первой куртине, по "правую руку", " в межах домов идучи во двор по правую сторону мещанина Якова Муруева, а по левую купца Петра Ларионова" "Алфавит обывателей" Красноярска 1817-19 годов зафиксировал эту усадьбу за П.Ф.Ларионовым. Анализ обнаруженных нами документов 1810-1820-х годов дает основание отнести начало строительства каменного дома П.Ф.Ларионова к 1818-19 годам.

К этому времени П.Ф.Ларионов достиг высокого положения в городском обществе. В 1817 году он был вторично избран на должность бургомистра Красноярска, которую исполнял по 1819г. "Ведомость красноярских купцов" 1820 года отметила его среди купцов третьей гильдии с объявленным капиталом в 8010 рублей. При этом следует упомянуть, что строительство каменного двухэтажного дома в ценах того времени обходилось в 1200- 1500 рублей.

В определении даты строительства дома П.Ф.Ларионова большое значение имеет запись в "Алфавите обывателей", где под 1819 годом каменный дом П.Ф.Ларионова обозначен как строющийся. Это обстоятельство заставляет отвергнуть дату начала строительства дома П.Ф. . Ларионова, устоявшуюся в справочной литературе после опубликования в 1986 году "Списка недвижимых памятников истории и культуры Красноярского края". Дом П.Ф.Ларионова не мог быть выстроен до 1817 года, учитывая тот факт, что место под строительство здания было приобретено купцом лишь в январе 1817 года.

Сведения, полученные нами из письма Ивана Петровича Ларионова отцу, которое датировано августом 1817 года, позволяют уточнить время возведения главного здания усадьбы. Из письма видно, что Иван Ларионов в это время находился в Енисейске, где занимался поиском подрядчика. Желание Ларионовых привлечь к работам енисейских мастеров, несмотря на то, что в Красноярске к тому времени уже сформировался свой контингент строительных кадров не случайно — енисейцы с XVIII века считались лучшими строителями Приенисейского края и часто привлекались к строительству особо важных объектов за пределами своего города.

Из текста письма следует , что к концу августа 1817 года И.Ларионовым был найден подрядчик и от него было получено согласие на приезд в Красноярск. Этим подрядчиком был Андрей Кочнев — племянник известного енисейского мастера Федора Кочнева, принимавшего активное участие в строительстве в 1810-1820-х годах Благовещенского храма в Красноярске. Интересно, что Ларионовы искали мастера одинаково хорошо владевшего ремеслом и каменщика и столяра.

Таким образом, можно сделать вывод , что строительство каменного дома Ларионовых началось по меньшей мере в 1818 году, т.е. в течении следующего строительного периода. Важные сведения для определения точной датировки памятника содержит письмо И.Ларионова, направленное им отцу из Иркутска в ноябре 1819 года. Из письма видно, что к моменту его написания строительство каменного дома еще не было завершено. И.Ларионов, находясь в это время в Иркутске по торговым делам, сообщал отцу об особенностях конструкций оконных перемычек иркутских зданий для повторения их в строящемся здании.

Таким образом, к ноябрю 1819 года дом Ларионовых был возведен лишь до оконных перемычек, вероятнее всего первого этажа. Определенное значение для верной датировки рассматриваемого здания имеют данные о характере организации строительства каменных жилых домов Красноярска 1820-х годов. Проведенный нами анализ подрядных записей на возведение каменных жилых домов того времени, в частности дома купца третьей гильдии И.Н.Яковлева ( ныне здание по пр.Мира,14), позволяет сделать вывод, что продолжительность строительного сезона по возведению двухэтажных каменных домов, близких по объему дому П.Ф.Ларионова составляла пять месяцев, с первого апреля по первое сентября. Как правило, за это время артель, руководимая опытным каменщиком, обязывалась "окласть" каменный дом и покрыть его тесом "в две тесницы".

Принимая во внимание вышеупомянутые документы 1817-1819 годов и сведения о характере организации строительных работ можно с определенной степенью допущения предположить, что каменный дом П.Ф.Ларионова был окончательно выстроен в 1820 году. Вероятнее всего через год здание было оштукатурено и приобрело внешний облик стен , близкий современному. Такое предположение можно сделать на основании содержания статьи 195 Строительного Устава, в которой было записано: " не дозволяется каменные домы, построенные в одно лето, штукатурить снаружи до истечения года от окончания постройки".

Говоря о способе обработки стеновых поверхностей дома П.Ф.Ларионова, следует особо упомянуть о первоначальном колористическом решении фасадов. В случае невозможности определения первоначального красочного слоя, следует опереться на правила применения цвета, содержащегося в специальном указе 1817 года. Согласно ему цоколи зданий окрашивались в серый цвет, поле стен в светло-желтый, светло-серый,светлозеленый или светло-синий цвета. Преобладающим был желтый цвет различных оттенков. Крыши окрашивались в зеленый или красный цвета.

На фоне цветных колеров контрастно выделялась белая окраска декоративных деталей. Мы не располагаем точными данными об авторе проекта дома П.Ф.Ларионова. Не исключено, что им мог быть томский губернский архитектор А.П.Деев, который в период вхождения Красноярского округа в Томскую губернию, занимался проектированием культовых, казенных и жилых построек. В частности это находит подтверждение в том факте, что в июне 1820 года ему для составления смет Красноярская городская дума высылала сведения о существовавших тогда в Красноярске ценах на строительные материалы и различные виды работ.

Участие томских губернских архитекторов в проектировании ряда каменных церквей в 1810-х года зафиксировали многие сохранившиеся строительные документы той поры. В качестве "соавтора" дома П.Ф.Ларионова также следует назвать красноярского купца Александра Прохоровича Попова,"известного по Красноярску и Енисейску производством казенных и частных строений". В начале 1820-х годов А.П.Попов , например, составил проект келейного корпуса енисейского Христорождественского монастыря, выстроил свой собственный каменный двухэтажный дом.

Вероятнее всего, А.П.Попов, находившийся судя по упоминаниям в письмах Ларионовых в хороших отношениях с этой семьей, принял непосредственное участие в разработке проекта здания. Несколько слов следует сказать о мастерах-исполнителях "стеновых и пешных" работ на доме П.Ф.Ларионова. Не исключено, что ими могли быть каменщики, работавшие на строительстве каменной Благовещенской церкви в 1812-17 годах, в период, когда купец П.Ф.Ларионов занимая должность церковного строителя, руководил организацией строительных работ и вел расчеты с подрядчиками.

Можно предположить, что в период завершения кирпичной кладки на Благовещенской церкви, П.Ф.Ларионов мог договориться с мастерами о строительстве своего дома. Впервые каменный дом купца П.Ф.Ларионова был показан на плане Красноярска 1828 года в северной линии застройки квартала, входившего в первую куртину. Здание контрастно выделялось среди одно-двух-этажной деревянной застройки, стилистически близкой ему. Анализ архитектурной композиции дома П.Ф.Ларионова позволяет отнести его к числу типичных "образцовых" особняков, получивших широкое распространение в зодчестве провинциальной России первой четверти XIX века. Сравнение дома П.Ф.Ларионова и других красноярских особняков 1820-х годов с аналогичными постройками Москвы 1810-х годов обнаруживает сходство принципов использования типовых проектов.

В соответствии с действовавшими тогда правилами ведения застройки,рекомендательный характер "Собрания фасадов", при кустарных методах возведения зданий оставлял за заказчиком право изменять в натуре размеры, пропорции и рисунок деталей типовых фасадов. Более того, при соблюдении строгих предписаний к архитектуре фасада, "который должен был соответствовать правилам благолепной архитектуры" , внутренняя планировка жилых зданий оставалась в "воле хозяина".

Наибольшее сходство главный северный фасад дома П.Ф.Ларионова обнаруживает с чертежем N 23 третьего альбома из "Собрания фасадов",выпущенного в 1812 году. Не повторяя образец уличный фасад дома П.Ф.Ларионова получил пять окон, неравномерно размещенных на стеновой поверхности: выделяя центр фасада здесь сгруппированы три проема. Боковые оси акцентированы неглубокими ризалитами и прямоугольными сандриками.

Нижний этаж в традициях образцового строительства эпохи классицизма трактован как цокольный и имеет пониженную высоту. Близкую композицию имел дом Кузнецова с девятью окнами по уличному фасаду. Ряд приемов декоративного оформления дома П.Ф.Ларионова, в частности, мотив обработки балясинами участков стен под окнами крайних осей второго этажа, идентичен, например, фасаду деревянного двухэтажного дома, спроектированного в 1836 году помощником архитектора П.А.Шаровым, для "енисейского мещанина жены Е.Харламовой".

Как уже отмечалось, рекомендательный характер образцовых фасадов позволял зодчим не только достигать многообразия фасадных композиций, основанных на варьировании однотипных структурных элементов, но и добиваться в каждом конкретном случае индивидуального архитектурного облика постройки. В нашем случае это достигнуто отказом от применения принципа дифференцирования типов декоративных деталей при оформлении окон первого и второго этажей.

Над небольшими почти квадратных пропорций окнами нижнего этажа размещены замки клинчатой формы. Тот же тип декоративной детали, но усложненных очертаний ,в виде веерного замка , венчает перемычки более высоких окон второго парадного этажа, над которыми у образца находятся треугольные сандрики. Фасады здания расчленены по горизонтали, в соответствии с поярусным делением объема, крупнообломной тягой и завершены значительного выноса карнизом с сухариками. Аналогичный карниз имеют дом И.Н.Яковлева и дом купца Сколкова (ныне здание по адресу пр.Мира,45/ул.Сурикова,27). При всей типичности традиционных для классицистических особняков деталей, примененных в оформлении фасадов, дом П.Ф.Ларионова обладает рядом оригинальных структурных элементов.Так, необычен характер рустовки поверхности уличного фасада здания.

Руст, рисунок которого, образован перевязкой квадров различной величины,в отличие от аналогичных каменных построек Красноярска 1820-х годов, покрывает не только стеновую поверхность первого этажа, но и располагается вокруг оконных проемов второго. Швы руста образованы углублениями, вытесанными в кирпичной кладке стены. Редким для жилой архитектуры Красноярска первой четверти XIX века примером конструктивного реше- ния является использование белокаменных элементов в кладке стен дома П.Ф.Ларионова (цоколь, подоконные доски и др.).

Прием организации внутреннего пространства дома П.Ф.Ларионова близок к возникшему еще в XVII веке типу прямоугольных в плане объемов, разделенных внутри двумя пересекающимися стенами на четыре относительно одинаковых помещений, связанных между собой по принципу " простого кругового обхода". Эта схема в свое время легла в основу развития одного из типов планировочных композиций домов-дворцов XVII-1 половины XIX века. В качестве примера подобных планов можно привести дом Генерал-аншефа П.Д.Еропкина в Москве, перестро- енный по проекту М.Ф.Казакова из палат XVII века.

Кроме того, планировка дома П.Ф.Ларионова напоминает структуру избы-пятистенки — распространенного в Сибири типа деревянного жилого здания. Учитывая социальное происхождение П.Ф.Ларионова, особенности быта жителей сибирских городов XVIII -первой четверти XIX века, консерватизм и архаичность строительных приемов народных мастеров-каменщиков, к числу которых принадлежали строители дома П.Ф.Ларионова, становятся понятными особенности внутренней структуры заказанного им здания.

План дома П.Ф.Ларионова имеет значительное сходство с планом каменного двухэтажного дома, выстроенного во второй половине 1840-х годов в первой куртине "против гостиного двора" ( ныне здание по адресу ул.Каратанова,11) Оба здания объединяет прием расчленения внутреннего пространства. Кроме того, подобную четырехкамерную схему плана имеет подвал каменного дома красноярского третьей гильдии купца А.П.Терскова, выстроенного до 1817 года ( ныне здание по адресу Мира,29 ) и передняя половина каменного дома купца И.М.Тюрепина ( ныне здание по адресу Мира,22). Это позволяет сделать вывод о том, что принципы организации внутреннего пространства дома П.Ф.Ларионова были достаточно типичными для каменного домостроения Красноярска 1810-х годов.

Вероятнее всего вход в дом осуществлялся через деревянную пристройку , изначально находившуюся у южного фасада здания. Характер штрабы в южной кирпичной стене здания позволяет сделать предположение, что деревянная пристройка с лестницей на второй этаж была выстроена одновременно с основным объемом. Об отсутствии здесь в прошлом кирпичного пристроя свидетельствует конструкция фундамента деревянной пристройки.

Такой прием организации входа в здание и связи первого и второго этажей явлется редким примером , нехарактерным для каменных жилых домов Енисейска и Красноярска XVIII-1 четверти XIX веков. Более того, этот прием противоречил изданному в 1845 году Строительному Уставу, одна из статей которого, запрещала деревянные пристройки к каменным "обывательским домам". Она гласила: "Снаружи каменных обывательских домов в городах запрещается делать деревянные пристройки для лестниц, хоров и галлерий". В пункте первом статьи уточнялось, что пристройки запрещались "вообще кругом всего здания".

Судя по изображениям на проектах казенных зданий и планам сохранившихся до настоящего времени жилых домов 1820-1830-х годов лестничные марши для подъема на второй этаж располагались в теплых сенях или прихожей. При этом отметим, что ступени наружных крылец также предписывалось делать каменными. Поэтому при восстановлении прежних входов в здание следует поставить вопрос о воссоздании каменных всходных ступеней, которые в настоящее время сохраняются у восточного фасада дома.

Передняя парадная половина здания, обращенная к улице, включает на втором этаже два неодинаковых по площади помещения , обильно освещеннных высокими оконными проемами. Большее по площади помещение в прошлом, очевидно, служило залом, а второе кабинетом хозяина. На первом этаже дома помещения передней половины не повторяют объемы верхних помещений, из-за поперечной капитальной стены, примыкающей к главному фасаду. Место примыкания на фасаде отмечено оконной нишей.

В задней половине обоих этажей дома в прошлом располагались хозяйственные помещения, спальни и лестничные марши. Эти помещения освещались оконными проемами, значительно переделанными в настоящее время. Особенно это касается проемов, расположенных на южной и западной стенах объема.

Говоря об оконных проемах следует упомянуть об особенностях конструктивного решения надоконных перемычек. Вместо обычных для каменной архитектуры XVIII-XIX веков кирпичных перемычек, над окнами дома П.Ф.Ларионова использована оригинальная конструкция, значительно удешевляющая и упрощающая возведение этого трудоемкого фрагмента кирпичной кладки здания. На уровне оконной перемычки в кладку введена значительной толщины ( до 10 см.) доска, на которую сверху опирается небольшой участок безсистемной кладки. Выше него, в кладке, устроена из кирпича на ребро арочная конструкция , очевидно несущая разгрузочные функции. Эта система устройства оконной перемычки идентична той, о которой И.Ларионов сообщал отцу в своем письме, датированным ноябрем 1819 года.

Первоначальные формы следует вернуть двум крайним к западу проемам первого этажа на уличном фасаде дома, значительно растесанным к настоящему времени.Особо следует сказать о ставнях окон первого этажа. Эти функциональные детали следует сохранить, поставив вопрос о переводе их деревянных конструкций в металл, что должно значительно улучшить их эксплуатационные и декоративные качества.

Под западной половиной здания расположено подвальное помещение, перекрытое коробовым сводом. Вход в это помещение первоначально осуществлялся через проем в западной стене. По обеим сторонам этого проема к наружной поверхности западной стены примыкают остатки кладки разобранных в конце XIX века стен помещения (возможно кладовой, указанной в описании усадьбы 1830-х годов). После расширения этого помещения оно было перекрыто также коробовым сводом. С запада к этому помещению примыкает еще одно помещение с лестничным маршем, по которому в прошлом попадали в подвал. Из этого небольшого помещения, служившего в прошлом скорее всего своеобразным тамбуром попадали еще в одно помещение, вход в которое был заложен, судя по характеру кирпичной кладки, еще во второй половине XIX века. На косяках дверных проемов сохранились металические навесы прежних металических дверей.

По сведениям современных жителей дома, вход в подвал был засыпан в 1940-е годы.

Особое значения для восстановления первоначального архитектурного облика дома П.Ф.Ларионова имеет вопрос о воссоздании формы и конструкции кровли. Чертежи из "Собрания фасадов" дают лишь общую ориентацию относительно используемых в начале XIX века форм кровель. Как правило это были четырехскатные вальмовые кровли со значительным уклоном. Более детальные сведения о форме, а главное о размерах кровель, в частности о их соотношениях с размерами зданий, дают сохранившиеся чертежи жилых домов, выполненные архитектором П.А.Шаровым. Один из таких чертежей — проект двухэтажного флигеля М.Серебряковой показывает, что высота кровли этого здания составляла 1/4 высоты двухэтажного объема . При высоте здания в семь с половиной аршинов кровля имела высоту два аршина.

Вместе с тем, необходимо отметить, что ряд сохранившихся изображения жилых зданий 1830-х годов показывают, что многие из таких построек имели в то время высокие с характерным изломом кровли. Так акварель Воронова 1837 года, изображающая панораму Енисейска, донесла до нас облик жилых купеческих и мещанских домов с формой кровель, отличной от изображений на проектных чертежах 1830-х годов. Не исключено, что дом П.Ф.Ларионова ,выстроенный в 1810-х годах, то есть, в то же время, что и дома, изображенные на панораме Енисейска,имел подобную форму кровли.

Говоря о форме кровли нельзя не упомянуть о конструкциях печных труб. Строительство особняков по "образцам" оставляло за заказчиком и подрядчиком известную свободу при размещении отопительных устройств, поскольку планировка здания "оставалась в воле хозяина". В связи с этим, при воссоздании архитектурного облика памятника, расположение труб над кровлями здания должно определяться с учетом результатов натурного обследования обьекта и изучения аналогов.

Несмотря на то, что на снимке начала ХХ века над трубами дома отсутствуют дымники, они могут быть выполнены из просечного железа по хорошо сохранившимся в Красноярске аналогам.

Форма переплетов окон дома П.Ф.Ларионова, сохраняющаяся в настоящее время, отличается от первоначальной и не соответствует архитектуре фасадов памятника. Судя по сохранившимся оконным заполнениям зданий первой половины XIX века, их рисунок нередко членился на одинаковые ячейки остекления, занимавшие всю ширину оконной створки. Иногда в окнах значительной высоты, плоскость проема имела глухую фрамугу наверху и две распахивающиеся створки внизу. При этом заполнение створок было разделено на равные квадраты. Конструкуции переплетов имели фурнитуру: накладные шарнирные петли и шпингалеты (отдельные для низа и верха).

После смерти П.Ф.Ларионова, последовавшей в конце 1827 года, усадьба вместе с каменным домом перешла к его жене Екатерине Михайловне. "Список обывателей" Красноярска 1826-29 годов показывает, что в это время усадьба принадлежала "купецкой жене,вдове" Екатерине Михайловне Ларионовой. В ее владении находились два дома: каменный и деревянный, по Благовещенской улице во второй куртине и " под горою мыловаренный завод на речьке Каче".

"Обывательская книга" 1832 года отметила усадьбу за И.П.Ларионовым, живущим в доме отца в окружении большого семейства:" жена Аграфена Константинова, дети: Марья четырех лет, мать ево Катерина Михайлова шестидесяти двух лет, брат ево Александр двадцати одного года, тетка ево Хавронья Федорова шестидесяти восьми лет". В это время И.П.Ларионову принадлежали два дома (каменный и деревянный). Кроме того, под горой находился "деревянный в одном корпусе" мыловаренный завод. Судя по всему этот завод был выстроен на месте бывшей усадьбы казацкого атамана Толщина, приобретенной,как указывалось выше купцом П.Ф.Ларионовым в 1800 году.

На место, занятое мыловаренным заводом, купцу И.П.Ларионову в августе 1831 года Красноярской Общественной Городовой Управой был дан билет. Благодаря записи в "Обывательской книге" 1834 года мы можем представить внешний облик усадьбы Ларионовых того времени. Главное здание усадьбы — каменный двухэтажный дом располагался в северной линии застройки улицы Благовещенской и имел пять саженей по уличному фасаду. На первом и втором этажах располагалось по четыре комнаты, под зданием находился каменный подвал и одна каменная кладовая. Здание отапливалось двумя "галанками" и двумя "стряповыми " печами. К юго-западу располагался каменный двухэтажный флигель.

В восточной части усадьбы находились конюшня, два амбара, погреб и теплица. Вторым зданием на территории усадьбы Ларионовых стал двухэтажный кирпичный флигель, внесший значительные изменения в ее объемно-пространственную композицию. Строительная история этого здания та- кова. В конце 1820-х годов у семьи Ларионовых появилась идея строи- тельства жилого флигеля. Вероятно это было связано с желанием старшего сына Ивана жить с семьей в отдельном здании. "Список обывателей" Красноярска 1826-29 годов показывает, что в эти годы в доме П. Ф.Ларионова жило шесть человек: жена Петра Федоровича Катерина Михайловна, сыновья Иван и Александр, дочь Александра и золовка Хав- ронья Федоровна".

Обнаруженные нами подрядные записи красноярских и иногородних ремесленников конца 1820-х годов дают возможность достаточно ясно представить ход строительства каменного флигеля. С начала 1827 года П.Ф. и И.П.Ларионовы развернули энергичную деятельность по обеспе- чению будущей стройки необходимыми строительными материалами. В мае 1827 года крестьянин Заледеевской волости Дмитрий Митрофанов и "пропитанной" Подгородней волости деревни Голощаповой Андрей Яков- лев заключили с П.Ф.Ларионовым контракт на выделку шестидесяти тысяч штук кирпича. В контракте были оговорены условия работы, размеры и цены производимой продукции.

По условиям найма Д.Митрофанов и А.Яковлев должны были закончить работу к первому сентября. Поставляемый ими кирпич имел размеры 7х3,5х1 3/4 вершков аналогичным был кирпич, поставленный в 1825 году на строительство дома И.Н.Яковлева в 1825 г. В октябре того же года Ларионовы расширили работы по выпуску кирпича. Петром Федоровичем Ларионовым у крестьянина деревни Бартатской Нахвальской волости Антона Петрова был приобретен кирпичный сарай, находившийся, судя по записи в контракте " по левую руку" новой трактовой дороги под Афонтовом. В контракте, среди прочего было записано условие, по которому А.Петров обязался, взяв в аренду " пятнадцать сажен сарая", выделать в течении будущего 1828 года некоторое количество кирпича.

Несмотря на отсутствие из-за плохой сохранности контрактов на поставку других строительных материалов можно, учитывая опыт возведения каменных красноярских особняков 1820-х годов,предположить, что одновременно шла работа по их заготовке. В мае 1829 года И.П.Ларионов (к этому времени его отца уже не было в живых) заключил контракт на строительство каменного флигеля . с красноярским мещанином Филиппом Егоровичем Ледневым. По условиям контракта Ф.Леднев должен был выстроить флигель с подвалами и кладовыми длиною десяти а" поперешнику" три сажени два аршина. К моменту заключения контракта Ф.Леднев был одним из опытных красноярских каменщиков, стабильно приглашаемых на все важнейшие городские стройки. Часто Ф.Леднев работал с такими известными крас- ноярскими мастерами как Иван Быкасов и Тимофей Векшин Так, в 1831 году И.Быкасов,Т.Векшин и он получили расчет за кладку кирпичной ограды Благовещенской церкви.

В контракте, заключенном с Ф.Ледневым не был специально оговорен срок окончания строительства флигеля, несмотря на то, что опре- деление даты завершения работ было неотъемлемым пунктом подрядных договоров, того времени. Между тем, один из пунктов договора гово- рил о том, что помещения первого этажа предполагалось "вытенко- вать" будущей весной ( 1830 года). Из этой записи становится ясно, что здание вчерне собирались отстроить к концу 1829 года. Продолжительность возведения зданий того времени, судя по другим постройкам, составляла четыре-пять месяцев. Так, например, красноярский каменщик И.Быкасов обязался выстроить каменный дом купца третьей гильдии И.К.Кузнецова к первому сентября 1827 года, приступив к работам первого мая того же года.

Эти обстоятельства и еще сведения о том, что Ф.Леднев на будущий год подряжался на строительство придела красноярской Всехсвятской церкви, дают повод считать временем окончания кладки стен флигеля конец 1829 года. Запись в "Обывательской книге" Красноярска 1832-35 годов, датированная нами 1832 годом (по сведению о возрасте И.П.Ларионова, приведенному в этой же книге), дает основание считать, что строительство каменного флигеля в то время еще не было завершено, поскольку речь в "книге" шла только об одном каменном здании на территории усадьбы.

Впервые каменный флигель был упомянут в "Обывательской книге" 1834 года (34). Это дает основание отнести окончание строительства здания к периоду времени между 1832-1834 годами. Одна из записей в этой "книге" содержит общее описание флиге- ля, позволяющее в частности представить его первоначальную планировочную и функциональную структуру. На втором этаже здания располагались пять комнат, на первом — четыре мастеровые комнаты и две кладовые. Здание отапливалось двумя "галанскими" и одной стряповой . печью. Сравнение этого описания с описанием флигеля , содержащимся в контракте 1829 года позволяет сделать вывод о их значительном отличии.

По контракту предполагалось на первом этаже флигеля сделать четыре помещения:сени, две комнаты и кухню. В описании 1834 года на первом этаже находилось шесть помещений. Или в процессе строительства флигеля по воле хозяина замысел постройки был изменен, либо к 1834 году нижний этаж флигеля стал использоваться под хозяйственные функции с частичным изменением планировки. В обоих документах указано разное количество печей: пять в контракте ( три внизу и две вверху ) и три в "книге".

Из "Окладочной книги" 1885 года становится известно, что в это время усадьбой владели купцы Иван и Петр Ларионовы — внуки Петра Федоровича Ларионова. В их собственности значились каменный двухэтажный дом, каменный флигель, изба, баня , подвал, амбар, завозня, конюшня и мыловаренный завод. Кроме того по Благовещенской улице находилось еще одно домовладение, принадлежавшее И.Ларионову. В него входили одноэтажный деревянный дом, во дворе изба, амбар, завоз- ня и подвал. Сравнение описаний усадебных строений 1830-х и 1880-х годов показывает, что в составе строений значительных изменений не произошло, за исключением появления подвала.

После пожара 1881 года, в котором пострадало более трехсот городских усадеб, возможно и усадьба Ларионовых, на ее территории были восстановлены деревянные "службы". Из материалов "Книги оценки и раскладки налогов с недвижимых имуществ" Красноярска 1896 года становится известно, что к этому времени в составе усадебных строений, которыми по-прежнему владели купцы И. и П.Ларионовы,произошли изменения — исчезло упоминание подвала, при сохранении прочих построек.

В настоящее время здание флигеля имеет девять осей по северному фасаду. Предварительное натурное изучение постройки позволяет сделать вывод о неоднократных перестройках здания, повлекших за собой не только изменения его планировки, но и внешнего облика. О раннем происхождении западной части флигеля свидетельствует характер ее кирпичной кладки. Здесь использована верстовая перевязка швов, характерная для работы енисейских и красноярских мастеров XVIII -первой половины XIX веков.

Под западной частью здания расположен обширный подвал, перекрытый коробовым сводом. Вход в подвал в . настоящее время осуществляется через кирпичную пристройку, имеющую, судя по характеру кладки (цепной) и ее примыкания к стене основного объема, позднее происхождение. Для удобства входа прежний крайний к западу оконный проем первого этажа здания был переделан в дверной; над ним до сих пор сохраняется замковый камень веерной формы. Остальная часть подвального этажа имеет плоские перекрытия по балкам. Эта конструкция совпадает с той, которая предполагалась в договоре Ф.Леднева 1829 года.

Между обоими частями подвала в настоящее время существует связь через небольшой проем, пробитый, судя по материалам красноярского БТИ, после 1955 года. К южному фасаду флигеля примыкает еще одна пристройка, расположенная под углом к основному объему здания. Вероятнее всего этот угол при возведении пристройки был продиктован особенностями планировки домовладения, конфигурацию которого в его юго-западной части повторила пристройка.

О ее позднем происхождении говорит цепная кладка, размер использованных кирпичей и характер примыкания к первоначальному объему флигеля. Эта пристройка изначально имела хозяйственную функцию. Об этом говорит количество и характер первоначальных проемов, располагавшихся на восточном фасаде пристройки. На первый этаж пристройки вели два дверных проема с лучковыми перемычками. У одного из проемов сохранились кованые металические подставы для навешивания ставен.

На втором этаже в прошлом находились два небольших оконных проема также с лучковыми перемычками. Планировка первоначального объема флигеля представляла собой ячеистую структуру, образованную расчленением внутреннего пространства здания поперечными стенами. В средней части здания планировка усложнена продольной кирпичной стеной. Вероятнее всего вход во флигель осуществлялся с северного фасада в холодные сени, откуда можно было попасть в боковые помещения. Архитектурный облик флигеля во многих деталях совпадает с обликом жилых построек Красноярска 1830-х годов, спроектированных архитектором П.А.Шаровым. Их сближают фасадные композиции, характер использованных декоративных деталей. Это обстоятельство дает повод считать этого специалиста автором проекта флигеля усадьбы Ларионовых.

Говоря об авторской атрибуции этой постройки, нельзя обойти вниманием любопытные сведения, содержащиеся в воспоминаниях красноярца И.Ф.Парфентьева, который писал о том, что каменный усадебный. дом был выстроен по проекту самого И.П.Ларионова. По словам И.Ф.Парфентьева Иван Петрович Ларионов самоучкой настолько хорошо постиг основы архитектуры, что мог поучить "иного техника". Не исключено, что обладая значительными денежными средствами И.П.Ларионову, по устному договору с городскими властями и исполнявшим должность губернского архитектора П.А.Шаровым, удалось организовать строительство здания по собственным чертежам. Независимо от того, кто являлся автором проектных чертежей, о которых сообщалось в контракте Ф.Леднева, в их основу были положены мотивы классицистической архитектуры.

Первый пониженный этаж флигеля первоначально имел небольшие оконные проемы, значительно растесанные при приспособлении здания к жилым функциям в советский период.Над этими окнами находились замковые камни веерной формы. Более высокие окна второго этажа здания обрамлены рамочными наличниками и имеют завершения в виде прямоугольных и треугольных (в средней части фасада) сандриков на кронштейнах. Характер проемов на западном и южном фасадах флигеля свиде- тельствует об их позднем происхождении. Первоначально западный фасад флигеля был глухим, поскольку выходил на соседнее домовладение. Дополнительное натурное изучение оконных проемов южного фасада зда- ния должно прояснить время их происхождения. В 1913 году, судя по "Списку домовладельцев" Красноярска,к главному зданию усадьбы была сделана пристройка. Вероятно, в документе речь идет об одноэтажном объеме, пристроенном к западному фасаду дома.

Натурное изучение пристройки показывает, что она была сделана путем закладки проемов ворот с западной стороны здания. В кладке кирпичных стен пристройки использована безсистемная перевязка швов.Среди использованных кирпичей встречаются кирпичи с клеймом "МБ" и "НЯ".Конструкции этой пристройки требуют тщательного изучения с целью точного определения времени ее происхождения.Другая пристройка, раположенная к западу от первой могла возникнуть в более позднее время, в период "муниципализации" частных домовладений Красноярска, проводимой Советской властью в 1923 году. В ходе реставрации здания , на наш взгляд, следует поставить вопрос о разборке этих дисгармоничных объемов и возвращении западному фасаду дома и конструкциям ворот их первоначального сос- тояния.

Среди строений усадьбы "Список" 1913 года , помимо прежних построек, отметил еще одно здание — деревянный флигель с "каменным низом". К сожалению, отсутствие графических изображений усадьбы не дает возможности сделать точную привязку всех строений усадьбы к существующим каменным зданиям. На одном из снимков начала ХХ века, хранящимся ныне в фондах краеведческого музея, видно что к западу от основного здания находилась одноэтажная постройка под высокой вальмовой кровлей, возможно это был деревянный флигель. Кроме этого домовладения, мещанину Александру Петровичу Ларионову принадлежало домовладение по Степановскому переулку, на территории которого находились деревянный крытый тесом дом с подвальным этажем, амбар, два подвала и завозня.

Несмотря на отсутствие в документах, содержащих сведения об усадьбе Ларионовых, упоминаний о кирпичных усадебных воротах следу- ет отметить, что эти ворота появились не ранее 1880-х годов. Об этом свидетельствует характер их кирпичной кладки. Возможно ворота с правой и левой сторон главного усадебного дома появились после пожара 1881 года. Главным декоративным мотивом, использованным в разработке стеновой поверхности конструкций ворот, являются вертикальные глубоко профилированные филенки, украшенные круглыми вставками. К настоящему времени восточные ворота утратили существенную часть своей конструкции — западный пилон и арочную перемычку, опиравшуюся, судя по одному из старинных снимков, на боковые пилоны, завершенные лучковыми фронтонами. Эта перемычка имела деревянную конструкцию: в теле восточного пилона сохранилось небольшое углубление — гнездо, куда в прошлом была вставлена эта перемычка.

Западные ворота, в 1910-х годах были, после закладки проемов, превращены в стену одноэтажной пристройки. Калитка ворот была превращена во входной проем, через который с улицы попадали в пристройку. К числу поздних изменений, произошедших, видимо, уже в советское время сле- дует отнести пробивку широкого оконного проема на месте прежнего проема ворот, заложенного при строительстве одноэтажной пристройки у западного фасада дома. Первоначальная двухчастная композиция ворот дома П.Ф.Ларионова достаточно типична для архитектуры Красноярска последней четверти XIX века. О позднем происхождении ворот также свидетельствуют луч- . ковые формы арочных перемычек и венчающих фронтонов сохранившихся калиток. В жилой архитектуре Красноярска этот псевдобарочный мотив получил широкое распространение в 1880- х годах.

После разборки дисгармоничной западной пристройки и последующего тщательного изучения конструкций ворот их архитектурная композиция должна быть восстановлена в первоначальных формах. При необходимости следует поставить вопрос о завершении кирпичной ограды по всему периметру бывшего домовладения Ларионовых. В качестве основы для реконструкции ограды следует использовать ее фрагмент, сохранившийся в юго-западной части территории. Комплексный анализ документальных материалов и результатов предварительных натурных исследований усадьбы Ларионовых позволяет сделать вывод о значительном изменении ее объемно-пространственной структуры.

Утрата всех деревянных строений усадьбы при отсутствии достоверных документальных свидетельств о характере их внешнего облика делает сложным процесс научно-восстановительной реконструкции усадьбы, основой которого в случае ее музеефикации, должно стать широкое привлечение сохранившихся аналогов служебных построек. При разработке предложений по иному функциональному использованию территории бывшей усадьбы Ларионовых ( например, под офис ) следует рассмотреть вопрос о строительстве дополнительных зданий , возможно в современных формах, для создания полноценных условий функционирования комплекса. Для обоих каменных зданий усадьбы наиболее приемлемым было бы возвращение их первоначального облика, сложившегося к концу 1830-х годов.

При отсутствии достоверной иконографии объектов того времени в ходе разработки проекта реставрации следует обратиться к проектным чертежам 1830-х годов и анализу результатов натурного изучения объектов, дающим основания для выбора "ситуации оптимальной даты".

Статья написана в 1993 году по материалам Государственного архива Красноярского края.




Кафедра ЮНЕСКО в Красноярске

Фонд Архитектурное наследие Центральной Сибири

Старые фотографии
Информационные партнеры