Покровская церковь в селе Большой Балчуг - история строительства

Добавлена: 05.08.2014
Добавил: архитектор
Объект: Покровская церковь в с.Большой Балчуг
Покровская церковь в селе Большой Балчуг - история строительства

Покровская церковь в селе Большой Балчуг Красноярского края

История строительства. 

Село Большой Балчуг расположено на правом берегу Енисея в 72 км к северу от Красноярска и в 30 км от райцентра Сухобузимо — бывшего волостного села. До 1906 года село, заселенное в основном старожильческим населением, входило в состав Атамановского прихода, существовавшего с 1777 года. Однако по мере увеличения населения Большого Балчуга, вызванного притоком переселенцев из европейской России, и вследствии неудобства сообщения между Большим Балчугом, располагавшимся на правом берегу Енисея, и левобережным Атамановым, жители села решили выстроить собственную церковь.

 Строительная история церкви такова. Судя по записям в клировых ведомостях изученного нами частично сохранившегося церковного архива, закладка деревянной церкви в селе Большой Балчуг состоялась 18 июня 1906 года (По материалам ГАКК). Грамота на закладку церкви была подписана епископом Енисейским и Красноярским Евфимием. В связи с этим следует отметить, что даты строительства Покровской церкви, указанные в паспорте на памятник архитектуры, который был составлен в 1986 году исследователем приенисейской архитектуры Гринберг Ю.И. не совсем точны. Строительство здания было начато, не в 1908 году, как указывает Гринберг Ю.И., а на два года раньше, — в 1906 году (По материалам ГАКК). По воспоминаниям старожилов строительные работы на здании вела плотницкая артель из Красноярска. В строительстве храма посильное участие приняли крестьяне Большого Балчуга, Новониколаевской, Подпороженской и Усть-Канской деревень. Видимо, годом ранее жители села Большой Балчуг в соответствии с издавна заведенным порядком собрались на сход, где приняли решение о строительстве деревянной церкви. При этом жители Большого Балчуга вместе с населением соседних сел взяли на себя обязательства о раскладке между собой денежной суммы, необходимой для строительства храма, бесплатной доставке строительных материалов и содержанию будущего храма и его причта.

Место для закладки здания было выбрано в центре села, в нескольких десятках метров от берега Енисея. В соответствии с действующим в то время порядком вместе с чертежами здания на согласование в Строительное отделение обязательно представлялись генпланы "местностей вокруг вновь строющихся церквей", а также, копии освидетельствования грунта на земельном участке, отведенном под постройку. В некоторых случаях по требованию Строительного отделения, настаивавшего на обосновании будущего места размещения церкви, представителями Строительного отделения, совместно с священниками осуществлялся выезд на место, где и происходил выбор площадки. Так, в 1898 году енисейским губернским архитектором Александром Александровичем Фольбаумом, совместно с священником В.Олофинским был произведен осмотр местности в деревне Острожской Минусинского уезда. Ими был выбран участок на западном конце деревни, в связи с тем, что что он располагался на ровной возвышенности, господствовавшей над всей деревней и был видим со всех сторон (По материалам ГАКК).

В мае 1897 года при выборе площадки под строительство каменной церкви в селе Кочергинском Минусинского округа священником Кочергинской Вознесенской церкви и земским заседателем второго участка Минусинского округа было определено, что "лучше и удобней для постройки храма местности, на которой находится старый храм, неоказалось" (По материалам ГАКК). В связи с этим было принято решение выстроить новый каменный храм в 12 саженях от существующего деревянного, который находился на очень выгодном в градостроительном отношении месте.

Анализ расположения здания Покровской церкви на территории села Большой Балчуг свидетельствует о том, что строителями храма был выбран один из самых выгодных в градостроительном отношении земельных участков. Церковь, расположившись в центре села, благодаря чему она была одинаково доступна всем прихожанам, приобрела роль градостроительной доминанты и стала главнейшим пространственным ориентиром в преимущественно одноэтажной жилой застройке.Важнейшим аспктом градостроительного положения здания был сектор его визуального восприятия с главнейшей транспортной магистрали Приенисейского края — реки Енисея. В прошлом остров, расположенный к западу от села, не имел деревьев, вследствии чего, храм прекрасно воспринимался в силуэте села с дальних подходов. Сегодня, из-за сильной залесенности острова, восприятие храма со стороны реки приобрело камерный характер. Кроме градостроительного аспекта, существенное влияние на выбор участка под строительство церквей оказывал характер грунта. Так, А.Фольбаум отмечал в акте по выбору площадки для строительства церкви в деревне Острожской: "по выбитии пробной ямы оказалось, что под верхним слоем растительности земли в сажень залегает плотная галька. Фундамент под церковь достаточно опустить на 0.6 сажен" (По материалам ГАКК).

Действовавший в это время порядок строительства приходских деревянных церквей предусматривал помощь государства в обеспечении застройщика строевым лесом. Согласно статьи 125 Устава строительного разрешался "безденежный отпуск" леса из казенных дач (6). Так, например, в 1910 году при строительстве храма в селе Балахтонском Подсосенской волости Ачинского уезда прихожане желали получить строевой лес из казенной дачи, расположенной близ деревни Опушковой (По материалам ГАКК). При этом выборку леса должен был осуществить архитектор строительного отделения губернского правления. Главная опись Покровской церкви за 1915 год сообщает о том, что еще в 1903 году в селе Большой Балчуг было произведено "отграничение" запасного церковного лесного участка с одновременным геодезическим описанием границ надела (По материалам ГАКК).

Сведений об использовании строевого леса из этого надела при сооружении Покровской церкви нами не обнаружено. Как видно из записи в Клировой ведомости за 1916 год Покровская церковь в селе Большой Балчуг была выстроена на средства прихожан , "доброхотных дателей" и красноярского мещанина Дмитрия Иоакимовича Мастикова (По материалам ГАКК). В мае 1906 года этот житель Красноярска пожертвовал на строительство Покровской церкви тысячу рублей, за что по представлению исполняющего обязанности благочинного третьего участка красноярского уезда священника И.Климовского ему была объявлена благодарность епископом Красноярским и Енисейским с распубликованием в Енисейских епархиальных ведомостях (По материалам ГАКК). В Красноярске Д.И.Мастиков имел собственный дом с торговой лавкой, приобретенный в 1888 году у "купеческой жены" Е.Назаровой (ныне здание по пр.Мира,41) (По материалам ГАКК). Часть своих капиталов, полученных от занятия торговлей, он, возможно, и передал на строительство храма в деревне Большой Балчуг. Интересно, что в 1903 году в его доме снимал квартиру коллежский советник Сергей Иванович Белынецкий, длительное время занимавший должность губернского инженера (По материалам ГАКК).

Не исключено, что С.И.Белынецкий мог быть причастен к проектированию Покровской церкви в селе Большой Балчуг. Как видно из отчета о состоянии Большебалчугской церкви за 1909 год, здание вчерне было выстроено в течении одного строительного сезона 1906 года (По материалам ГАКК ).Судя по тому, что в прошлом на территории Енисейской губернии протяженность строительного сезона составляла пять месяцев, — с первого апреля по первое сентября, можно предположить, что возведение здания было завершено к началу сентября 1906 года. Из клировой ведомости за 1907 год становится известно, что к моменту составления этого документа здание церкви было покрыто железной кровлей, все наружные работы были завершены, а на двух главах были установлены кресты.Начавшиеся работы по обустройству интерьеров церкви остановились. Из-за недостатка средств дальнейшие работы по строительству церкви были прекращены.

В 1907 году церковно-приходское попечительство, ведавшее возведением здания ,обратилось в Петербург в канцелярию Синода с просьбой о выделении средств на завершение строительства храма. В 1908 году Священный Синод, рассмотрев просьбу церковно-попечительского совета по постройке Большебалчугской церкви, выделил две тысячи рублей для завершения строительных работ. В 20-х числах марта 1909 года деньги, выделенные Синодом, поступили в Красноярск. Однако, вследствие проблем, возникших в деятельности церковно-попечительского совета, в частности, из-за несоблюдения членами совета правил отчетности в расходовании средств, деньги в течении 1909 года длительное время оставались без движения на счету попечительского совета в Красноярском отделении Госбанка.

Разбирательство по делу о несоблюдении правил отчетности в расходовании сумм при постройке Большебалчугской церкви завершилось лишь к сентябрю 1909 года. Указом Енисейской духовной консистории попечительский совет в полном составе был отстранен от заведывания строительством, а на его место была избрана комиссия из пяти человек, под председательством местного священника. К сожалению, документы умалчивают о персональном составе церковно-попечительсткого совета (По материалам ГАКК). К концу 1909 года на счету попечительского совета из двух тысяч рублей, выделенных Синодом, оставалось 913 рублей (По материалам ГАКК). На основании этого факта можно заключить, что строительство здания в течении 1909 года, хотя и медленно, но все же продолжалось. К концу 1909 года на церкви по-прежнему были установлены лишь два креста, внутри здания отсутствовал иконостас, не было ограды и причтовых домов (По материалам ГАКК).

Тем не менее, состояние здания в 1909 году было таковым, что более поздние документы церковного архива, в частности главная опись церковного имущества за 1915 год и клировая ведомость за 1916 год, называют 1909 год датой окончания постройки церкви (По материалам ГАКК). В ходе натурного исследования здания нами была обнару- жена на внутренней поверхности одной из стен колокольни надпись "1909", выполненная масляной краской. Это обстоятельство может служить косвенным доказательством, подтверждающим данные ряда церковных документов о завершении строительства церкви в 1909 году. В данном случае речь может идти лишь об окончательном завершении общестроительных работ на здании, поскольку освящение храма состоялось, как видно из Краткого описания приходов Енисейской епархии, в 1912 году (По материалам ГАКК). Дата освящения Покровской церкви подтверждается записью в обнаруженной нами Описи церковного имущества о том, что антиминс был "священнодействован Преосвященным Епископом Енисейским и Красноярским" 26 апреля 1912 года (По материалам ГАКК). Отсюда можно заключить , что в промежуток времени, между 1909 и 1912 годами, производились работы по обустройству территории церкви и отделке ее интерьеров.

В соответствии с действовавшим в то время порядком приемки в эксплуатацию объектов строительства, постройки по их окончании подлежали осмотру одним из сотрудников строительного отделения енисейского губернского правления. Документов об осмотре выстроенной церкви в Большом Балчуге не сохранилось, поэтому о лицах, принявших участие в приемке здания в эксплуатацию нам ничего неизвестно. Нередко осмотр завершенных объектов осуществлялся непосредственного губернским архитектором. Так, в 1909 году губернским архитектором В.А.Соколовским был сделан осмотр выстроенных деревянных церквей в поселках Кучерцы, Долгий Мост и Сретенское Канского уезда (По материалам ГАКК).

В этом же году В.А.Соколовский произвел осмотр выстроенных деревянных церквей в переселенческих поселках Благовещенский и Нарва Красноярского уезда, при этом в последнем поселке, церковь от подрядчика ввиду недоделок принята не была (По материалам ГАКК).В связи с этим можно высказать предположение, что Покровская церковь в Большом Балчуге могла быть осмотрена и принята в эксплуатацию губернским архи- тектором В.А.Соколовским. Из изученных нами документов о строительстве деревянных церк- вей на территории Енисейской губернии в 1900-начале 1910-х годов видно, что культовые постройки возводились либо по типовым проектам, либо — по чертежам, составленным сотрудниками местного строительного отделения. Нередко, при строительстве храмов прихожанам выдавался один из чертежей, содержавшихся в "Синодском Атласе" — сборнике планов и фасадов церквей ,"одобренных для руководства при церковных постройках в селениях". Так, при строительстве деревянной церкви в селении Сагайском в Строительное отделение благочинным в качестве проекта будущей постройки был представлен "план N 31" из "Атласа планов и фасадов", изданного Синодом в 1899 году (По материалам ГАКК).

К проектам, содержащимся в этом же издании, обратилось руководство Красноярской епархии в 1902 году, когда было предположено выстроить каменную церковь в селении Верхне-Усинском Усинского пограничного округа. Епископ Енисейский и Красноярский Евфимий, обращаясь к енисейскому губернатору М.А.Плецу, просил его поручить кому-нибудь из архитекторов губернского Строительного отделения "составить в возможной скорости, по прилагаемым при сем справочным ценам на строительные материалы и рабочие руки" смету на постройку каменной церкви по "рисунку проекта N 8" атласа планов и фасадов (По материалам ГАКК). В случаях, когда осмеченные с учетом местных цен типовые проекты из "Атласа" становились дорогими для реализации, прихожане в соответствии со ст.72 Строительного устава обращались за составлением проекта к сотрудникам енисейского Строительного отделения. В 1910 году, по "плану N 31" предполагалось строить деревянную церковь в селе Балахтонском Ачинского уезда. Однако, прихожане, узнав, что строительство церкви обойдется в семь тысяч рублей, решительно отказались от предложенного проекта, признав сумму непосильной и поручили священнику Олофинскому обратиться к одному из местных архитекторов лично (По материалам ГАКК).

Подобная практика строительства храмов по проектам губернских архитекторов получила распространение на территории енисейской губернии еще с начала Х1Х века — момента учреждения института губернских архитекторов первоначально Томской (с 1804 года), а с 1822 года и Енисейской губерний. Например, в 1898 году в селе Усть-Яруль была предположена к постройке деревянная церковь, проект которой был составлен губернским архитектором Александром Александровичем Фольбаумом (По материалам ГАКК). При значительной занятости губернского архитектора авторами проектов небольших деревянных храмов нередко становились другие сотрудники енисейского губернского Строительного отделения.

ак, в 1904 году младшим инженером Строительного отделения В.Матковским был составлен проект и смета на постройку деревянной церкви на 400 человек в одном из населенных пунктов губернии (По материалам ГАКК). В фондах Госархива Красноярского края сохранился чертеж деревянного православного храма, подписанный его автором — техником-строителем Н.Кмитой. Одно из дел о строительстве деревянных церквей и причтовых домов за 1908 год свидетельствует о том, что при возведении культовых зданий в ряде населенных пунктов Енисейской губернии применялись проекты, составленные известным русским архитектором Александром Никаноровичем Померанцевым для переселенческих районов Сибири (По материалам ГАКК). Часть сохранившихся документов середины 1900-х годов свидетельствует о том, что в строительстве деревянных церквей на территории Енисейской губернии значительное участие принимал архитектор В.А.Соколовский, состоявший с сентября 1901 года в штате Строительного отделения в должности младшего архитектора (По материалам ГАКК).

Так, например, в декабре 1903 года им были проверены проект и смета на постройку деревянной церкви в деревне Курешь Минусинского уезда (По материалам ГАКК).В мае 1906 года ему поручалась проверка сметы на постройку деревянной церкви в деревне Дрокиной Красноярского уезда (По материалам ГАКК). О широком привлечении В.А.Соколовского в рассматриваемый промежуток времени к проектированию зданий по заказам Епархиального ведомства говорит факт выполнения этим архитектором проекта женско- го епархиального училища в Красноярске (По материалам ГАКК).

Большую работу В.А.Со- коловский проводил по осмотру строющихся и приемке в эксплуатацию законченных строительством деревянных церквей в различных районах губернии. В июне 1906 года он занимался осмотром строющихся церквей на переселенческих участках в поселках Карабелык и Инокентьевский Минусинского уезда и поселке Соколовском Канского уезда (По материалам ГАКК). Сохранились акты осмотра строющихся церквей в поселках Кучерцы, Долгий Мост, Сретенском Канского уезда за 1909 год, подписанные В.А.Соколовским (По материалам ГАКК).

В ноябре 1909 года командированный Строительным отделением В.А.Соколовский занимался приемкой деревянных церквей в поселках Ачинского уезда: Петровском и Избушечном; Нарвинском Красноярского уезда и Благовещенском Канского уезда (По материалам ГАКК). Документально известно, что В.А.Соколовский спроектировал в период между 1901 и 1915 годами церкви в Ачинске (1903-1907гг.), селе Сугристом Шалинской волости Красноярского уезда (1910г.), деревне Избушечной Ачинского уезда (1913г.). Анализ архитектурного облика запроектированных В.А.Соколовским церквей показывает, что их композиционная основа лежала в русле общероссийских стилевых тенденций конца XIX века, предполагавших следование национальному на- чалу в архитектуре. Широкое использование В.А.Соколовским темы шатра в завершениях храмов и колоколен, композиционных приемов и форм русского деревянного зодчества, применение мотивов народной резьбы в декоре свидетельствует о знании архитектором национального архитектурного наследия, его знакомстве с проектами в "русском стиле" архитекторов Г.Д.Гримма, А.Н.Померанцева, Г.Г.Фон-Голли и др., а также отличном владении искусством стилизации.

Отличительной чертой запроектированных В.А.Соколовским церквей является их относительно скромное декоративное убранство. Эта особенность стала следствием незначительных финансовых возможностей небогатых сельских приходов, которые в условиях отсутствия меценатов зачастую были вынуждены довольствоваться возведением небольших по размерам и простых в отделке церквей. Проведенный нами сравнительный анализ архитектурного облика Покровской церкви в селе Большой Балчуг с современными ей культовыми постройками в других районах бывшей Енисейской губернии показал, что среди сохранившихся деревянных храмов есть один, композиция которого почти полностью , за исключением ряда деталей, идентична балчугскому. Это деревянная Покровская церковь в селе Ново-Александровском, расположенном на территории современного Уярского района. Как видно из сведений, помещенных в "Описании приходов Енисейской епархии", Новоалександровская церковь была выстроена к 1910 году на территории одного из переселенческих сел, население которого сформировалось из бывших жителей Орловской, Полтавской, Гродненской и Минской губерний (По материалам ГАКК).

Идентичность архитектурной композиции Балчугской и Новоалександровской церквей наталкивает на мысль, что при строительстве обоих зданий мог быть использован один и тот же проект, имевший либо отношение к "Атласу" типовых проектов, либо принадлежавший руке одного и того же автора из числа местных архитекторов. Не исключено, также, что при строительстве большебалчугской и новоалександровской церквей был использован один из проектов архитектора А.Н.Померанцева, специально выполненных им, как указывалось выше, для переселенческих сел в Сибири. В связи с этим, с целью выяснения обстоятельств проектирования и строительства Покровской церкви в селе Новоалександровском необходимо провести дополнительный архивный поиск и натурное изучение этого здания. Не исключено, что в результате такой работы будут получены данные, которые позволят установить автора проекта обоих построек и помочь в реставрации первоначального архитектурного облика балчугской церкви. Судя по записи в клировой ведомости Покровской церкви в мае 1917 года крыша на церкви была покрыта масляной краской "медянкой".

Одновременно в церкви был сделан мелкий ремонт, на который было израсходовано 502 рубля из средств ,собранных прихожанами и имевшихся в церковной казне (По материалам ГАКК). Израсходованной суммы оказалось недостаточно, поскольку запись в клировой ведомости, сделанная уже после выполнения работ в 1917 году, сообщает о необходимости дальнейшего ремонта. Судя по сохранившимся документам к 1916 году при Покровской церкви в селе Б.Балчуг числилось усадебной земли вместе с погостом 0.37 десятины, сенокосной 129,49 десятин, лесного надела 20,2 десятины в расстоянии двух верст от церкви. Всего за приходом значилось 150.6 десятин земли (По материалам ГАКК). В 1914 году прихожанами был куплен дом для священника. По дан- ным 1918 года это здание требовало "некоторого ремонта", а на его усадьбе не доставало поднавеса и конюшни (По материалам ГАКК).

В 1930-х годах церковь была закрыта. В 1940-60 — годах здание использовалось под зерносклад. В ходе закрытия церкви и в последующие годы эксплуатации здания были утрачены: ограда с воротами, крыльца у западного, северного и южного фасадов. Архитектура Покровской церкви принадлежит к произведениям , представляющим собой "вторую линию жизни тоновских церквей" — постройкам, выполненным другими архитекторами в манере мастера. Монументальность форм, крупный масштаб членений фасадных поверхностей при почти полном отсутствии в декоративном убранстве здания разнообразных "петушков и плетешков" выдают тоновскую основу постройки. Сдержанный и даже суховатый язык форм нижних ярусов здания уступает место потоновски графически четкому, но богато-пластичному пятиглавию с доминирующей в его композиции центральной главе, вознесенной на шатре — излюбленной теме зодчего.

В рамках складывавшейся в России на рубеже XIX-XX веков новой архитектурно-художественной системы, в основе которой лежал тезис об отказе от историзма, как несовместимого с современностью миро- воззрения, архитектура Покровской церкви продолжала линию развития архитектурных "истин", основанных на опыте прошлого. Главной причиной определенной архаичности форм Покровской церкви стала действовавшая в то время система проектирования и строительства православных храмов на территории Енисейской губернии, направленная на использование принципов типового строительства. Церковь Покрова принадлежит к архитектурным произведениям, которые в разной степени придерживались схемы, принятой для официального направления "византийского стиля", но претерпевшей к концу XIX века значительную трансформацию, обозначившую все более свободное применение композиционных и конструктивных приемов. Планировочная структура Покровской церкви характерна для храмостроения Енисейской губернии рубежа XIX-XX веков и восходит к известной композиционной схеме плана культового сооружения с последовательным расположением вдоль продольной оси здания собственно храма с алтарной апсидой, трапезной и колокольни. В период распространения православного зодчества на енисейской земле данный тип планировочной структуры был принят в качестве основы для строительства церквей по ряду причин.

Во-первых данный тип здания с отапливаемым помещением трапезной хорошо подходил к местным климатическим условиям, отличающимся большой продолжительность холодного периода года.

Во-вторых, структура трапезной церкви оказалась наиболее пригодной для вмещения больших масс прихожан и соответствовала в целом демократическому укладу жизни сибирских приходов.

Просуществовав на территории Приенисейского края около трех столетий в различных вариантах, тип планировочной структуры русской трапезной церкви нашел отражение в альбомах типовых планов и фаса- дов конца XIX века и в проектной деятельности местных губернских архитекторов. Такой планировочной структурой обладали: Пятницкая церковь в селе Барабаново Сухобузимской волости Красноярского уезда, срубленная в 1857 году. Пророко-Ильинская церковь в селе Усть-Яруль, выстроенная по проекту губернского архитектора А.А.Фольбаума в 1898-1911гг, церкви в поселке Сугристом Шалинской волости Красноярского уезда, деревне Мирной Сушинской волости Минусинского уезда, в деревне Избушечной Ачинского района, в селе Табатском Бейской волости Минусинского уезда, возведенные в 1910-е гг по проектам губернского архитектора В.А.Соколовского. Основу отличающейся простотой трехчастной композиции плана Покровской церкви в селе Большой Балчуг составляет четвериковый сруб с сильно выступающей пятигранной алтарной апсидой. С западной стороны к храмовому четверику примыкает более узкий чем четверик объем трапезной, соединяющий архитектурные массы собственно храма и колокольни.

Первоначально к северному, южному и западному фасадам церкви примыкали крытые крыльца с лестницами (судя по следам примыкания конструкций крылец к стенам первого яруса церкви). Эти элементы акцентировали продольную и поперечную оси объемной композиции здания, придавая ей большие пространственные качества. Сохранившиеся следы примыкания крыльца западного фасада к бревенчатой стене, в частности фрагмент кровельного железа, дает основание предположить, что утраченное крыльцо имело двухскатную кровлю. Конструкции кровли опирались на две пилястры ( следы от их примыкания к бревенчатой поверхности сохранились по сторонам входной двери) и два столба.

Благодаря одному сохранившемуся столбу можно расчитать размеры крыльца и характер его архитектуры. Обнаруженные на теле столба два отверстия для крепления ограждения расположены на смежных сторонах. Это обстоятельство дает основание предположить, что найденный столб принадлежал к паре столбов, расположенных ближе к западу, а лестничный марш был уже ширины крыльца. Сложнее обстоит дело с формой карниза крыльца, характера заполнения фронтона кровли, поскольку, натурное изучение здание не дало по этому поводу никаких результатов. В связи с этим, для воссоздания формы крылец следует обратиться к проектам аналогов, архитектура крылец которых в деталях , как правило ,соответствовала общестилевым качествам здания.

Иерархии объемов, образующих архитектурную композицию церкви, соответствует количество и характер расположения оконных и дверных проемов. Храмовый четверик включает на северном и южном фасадах здания по одной двери, фланкированной оконными проемами; боковые стены трапезной прорезаны двумя оконными проемами; по одному оконному проему находится на северной и южной стенах колокольни. Юго-восточная и северо-восточная стены алтарной апсиды имеют по одному оконному проему. Все оконные проемы первого яруса здания имеют одинаковые размеры и прямоугольные очертания.

Судя по описи церковного имущества первоначально все окна первого этажа имели метали- ческие кованые решетки кубоватого рисунка (в описи речь идет о двенадцати церковных окнах с решетками).К сегодняшнему дню решетки сохранились в двух окнах. Окна верхнего яруса первоначально решеток не имели. Архитектурная композиция храмовой части здания восходит к конструктивному типу "малый восьмерик на четверике", получившему широкое распространение в каменном зодчестве российской провинции с XVIII века. Венчание храмового четверика образовано пятиглавием московского типа с расположением периферийных глав над углами четверика.

Центральная глава пятиглавия завершает композицию из восьмерика с шатровой кровлей; периферийные главы поставлены на невысокие тамбуры, форма которых отдаленно напоминает мотив крещатой бочки — одного из самых распространенных архитектурных элементов в русском деревянном зодчестве. Подобный мотив часто встречается в проектах академика архитектуры Г.Д.Гримма, например в церкви у Нарвской заставы в Санкт-Петербурге. Луковичные с крупными шаровидными яблоками главки пятиглавия посажены на вытянутые восьмигранные шеи. Основанием для шеи центральной главы пятиглавия служит "хоровод" из восьми небольших закомар килевидного очертания. Подобный прием оформления закомарами основания шей храмовых глав восходит к творчеству Константина Тона. Аналогичный прием был использован при проектировании собора Рождества богородицы в г.Красноярске (1845-1861гг.), в неосуществленном проекте кафедрального Богоявленского собора в г.Иркутске (1866г.), разработанном иркутским архитектором В.А.Кудельским и во многих других произведениях К.Тона и зодчих его круга.

Аналогичный прием использован в проектах деревянных церквей, выполненных Г.Д.Гриммом и Г.Г.Фон-Голли. Сложная в кирпичном исполнении форма закомар была весьма тру- доемкой при ее выполнении в дереве. Северный и южный фасады храмового четверика имеют симметричную композицию, центральная ось которой выявляется трехгранным щипцом. Такие же трехгранные щипцы поднимаются над каждым фасадом четверика, создавая эффект большей слитности четверикового объема с архитектурными массами венчания. Южная и северная стены четверика имеют вертикальные членения,образуемые парой четырехгранных брусьев- "пилястр", разделяющих поле стены на три прясла.

Такой композиционный прием вертикального расчленения фасадной поверхности, восходящий к традициям крестово-купольной системы, вуалирует истинную конструкцию бесстолпного четверика. При этом следует отметить, что при такой системе расленения фасадной поверхности явно не достаточным для композиционного закрепления углов четверикового сруба является конструктивный прием соединения "в лапу" стен четверика. Вероятнее всего, в проектных чертежах ,выполненных профессиональным архитектором, предусматривался более активный для визуального восприятия прием сочленения соседних стен четверика при помощи врубки "в обло", что за счет массы вертикальных линий остатков бревен композиционно закрепляло бы углы объема.

Анализ сохранившихся проектных чертежей деревянных храмов конца XIX-начала XX века показывает, что углы объемов композиционно закреплялись либо врубкой "в обло", либо при помощи обшивки углов вертикальными досками, имитирующими пи лястры. Например, сопряжения стен храмового четверика церкви в деревне Избушечной, выстроенной в Ачинском уезде по проекту В.А.Соколовского, были выполнены при помощи врубки "в обло". Углы же четверика старообрядческой церкви в деревне Нижне-Усинской были закреплены вертикальными досками — "пилястрами". Выше дверей северного и южного фасадов храмового четверика Покровской церкви находится по два окна, образующих второй ярус света. Прямоугольного очертания, также как и окна первого яруса, эти окна имеют меньшие размеры, способствующие зрительному облегчению верхней части здания.

Восьмерик храма прорезан четырьмя ( по странам света) оконными проемами с трехгранными перемычками и завершен невысоким шатром. Над каждой гранью восьмерика, имеющей оконный проем, карниз приподнят в виде двухскатного подвышения. На ребрах граней восьмерика карниз поддерживается кронштейнами оригинальной формы, напоминающей стилизованную почти до неузнаваемости фигурку рептилии — возможно дань автора проекта распространенному в архитектуре модерна мотиву (39). Шатер увенчан композицией из луковичной главы на граненой шее, основание которой утоплено в "хороводе" из восьми небольших закомар. Яблоко главы несет металический кованый крест, поддерживаемый четырьмя цепями. Тело восьмерика обшито горизонтально уложенными досками.

Двухоконная трапезная покрыта кровлей на два ската со слуховыми окнами треугольной формы, по одному на каждом скате. В чердачном пространстве трапезной устроен ход из колокольни на хоры, выходящие в виде балкона в интерьер храма. Церковная колокольня принадлежит к традиционному типу объемной композиции "восьмерик на четверике" с венчанием шатровой формы. Колокольни такого типа получили в архитектуре Приенисейского края широкое распространение с начала XVIII века, постепенно перекочевав из деревянного зодчества в кирпичное храмостроение, а затем, в эпоху господства "официального стиля", стали неотъемлемым атрибутом архитектурных композиций культовых построек.

Нижний четвериковый ярус колокольни имеет на северном и южном фасадах по одному оконному проему, величина и форма которого идентична оконным проемам трапезной и храмового четверика.Северный, западный и южный фасады второго четверикового яруса колокольни прорезаны парой небольших оконных проемов, архитектурное убранство которых принадлежит к типу рамочного "ушастого" наличника.

Рамы наличников обоих оконных проемов объединены по горизонтали. Архитектурное оформление яруса звона колокольни идентично архитектурному оформлению восьмерика храма: здесь наблюдается тот же прием прорезки проемами осевых граней восьмерика, акцентировка этих граней двухскатными подвышениями, поддержка свеса карниза пропильными кронштейнами замысловатой формы.

В соответствии с древнейшим конструктивным приемом , улучшавшим акустические качества шатровой звонницы, на осевых гранях шатра Покровской церкви устроены слуховые окна. Они представляют собой прямоугольный проем с двухскатной кровелькой. Композиция колокольни увенчана луковичной главой на граненой шее, в основании которой размещены восемь закомар килевидного очертания.

Тело колокольни, начиная со второго яруса, обшито горизонтально уложенными досками. Подъем на колокольню ранее осуществлялся по лестничному маршу, сохранившиеся фрагменты которого обнаружены в ходе натурных обсле- дований здания. Анализ сохранившихся проектов, а также конструкций колоколен деревянных церквей, возведенных на территории Приенисейского края в конце XIX- начале XX веков показывает, что лестницы для подъема на верхние ярусы колокольни , чаще всего, располагались в левом от западного входа в церковь помещении.

Систему подъема на верхние ярусы колокольни образовывали несколько лестничных маршей довольно крутого уклона. Фундаменты церкви бутовые на известковом растворе. Ширина фун- дамента 70 см (один аршин в мерах периода строительства), глубина залегания фундамента — более 170 см от современного уровня поверхности земли.

По воспоминаниям старожилов территорию церкви окружала метали- ческая кованая ограда с воротами на западной стороне. В ходе натурного обследования Покровской церкви и ее территории остатков церковной ограды нами не обнаружено. Главным украшением интерьеров Покровской церкви был предалтарный иконостас, исчезнувший из храма после его закрытия. Благодаря сохранившейся описи церковного имущества здания 1915 года можно представить себе его внешний облик.

Судя по описанию, архитектурно-художественный облик иконостаса Покровского храма восходил к иконостасам с неклассической системой расположения живописных изображений. В его архитектоническом построении не использовались элементы ордерной системы. Иконостас имел три "става" и был украшен резьбой "простой работы" (40). Простотой отделки отличался главный элемент архитектурно-худо- жественной композиции иконостаса — царские врата с традиционной сюжетикой живописных клейм: Благовещение и четыре евангелиста. Скупость сохранившегося описания иконостаса не позволяет определить ни взаиморасположение клейм, ни характер их формы. Композиция царских врат завершалась крестом.

Справа от царских врат располагалась икона Спасителя, далее изображение архангела Михаила на южных дверях и две иконы: святого Георгия и апостолов Петра и Павла.Слева от царских врат находилась икона Богоматери, изображение архидиакона Стефана на северных дверях и две иконы: митрополита московского Дмитрия и святой Ирины. Выше собственно алтарной преграды располагался праздничный ряд с событиями из жизни Христа и Богородицы, в центре которого находилась икона с изображением Тайной вечери. Справа от иконы Тайной вечери находились иконы: Рождество Христово, Крещение, Сретение; слева — Рождество богородицы, Введение во храм и Благовещение богоро- дицы. Выше этого праздничного ряда находился еще один праздничный ряд, в центре которого была икона "Господь Вседержитель".

Справа от этой иконы находились иконы: Крестовозвижение, Преображение и Вознесение. Слева — иконы :Успение богородицы, Воскресение Христово и Вход в Иерусалим. Краткое описание иконостаса Покровского храма сообщает о его колористическом решении, основу которого составляло сочетание карминового цвета с позолотой. Благодаря сохранившимся следам примыкания иконостаса к восточной стене храмового четверика (окраска стен вокруг иконостаса была произведена после его установки) можно легко расчитать не только его высоту, но и общий характер очертаний киотов верхнего праздничного ряда.

Центральная ось иконостаса, акцентированная более крупными по размеру иконами "Тайной вечери" и "Господь Вседержитель" была фланкирована с двух сторон композициями из трех икон меньшего размера. Художественную стилистику иконостаса, учитывая время и характер его возникновения, вероятнее всего, определял набор форм и приемов, присущих проектам типовых иконостасов, получившим широкое использование при строительстве православных храмов в Сибири на рубеже XIX-XX веков. Авторство иконостаса Покровского храма нами, вследствии плохой сохранности документов, не установлено. Не исключено, что иконостас балчугской церкви мог быть выполнен мастерами иконописно-иконостасной мастерской братьев Е.И. и А.И.Козловых, находившейся в Красноярске и обслуживавшей потребности по украшению интерьеров культовых построек на территории Енисейской губернии (41).

Документы рубежа XIX-XX веков свидетельствуют о том, что география деятельности этой мастерской была достаточно значительной. Так, еще в 1894 году кунгурским мещанином Егором Ивановичем Козловым были выиграны торги на подряд по изготовлению нового иконостаса в Никольский придел Богоявленской церкви в Тасеево, причем, мастер обязался выполнить все работы по иконостасу, включая написание икон (42). Этим же мастером, годом ранее, был сделан иконостас с иконами для Бирюсинской церкви (43).В 1905 году, при строительстве каменной кладбищенской Крестовоздвиженской церкви в Ачинске церковным строителем ачинским купцом Г.Н.Максимовым был подряжен "для постройки иконостаса" А.И.Козлов (44).

К сожалению, нам неизвестен ни один из образцов творчества Е.И. и А.И.Козловых. О деятельности мастерской братьев Козловых определенно можно сказать следующее: иконостасы изготавливались ими по проектам, выданным из духовного ведомства. О характере этих проектов судить сложно, ввиду того, что ни один из них не сохранился в обнаруженных нами делах о строительстве храмов.

Помимо иконостаса интерьер Покровского храма был украшен иконами, развешанными на стенах. В трапезной находились две иконы: одна — Покрова богородицы находилась на входом в храмовый объем, другая — Святого апостола Иоанна Богослова висела над западной дверью трапезной. По воспоминаниям старожилов села после закрытия церкви в 1930- х годах иконостас был разломан и вместе с иконами сожжен на костре в ограде церкви. Помимо иконостаса важным элементом архитектурно-художественного оформления интерьера Покровского храма служил балкон хоров.Сохранились деревянные конструкции балкона: столбы и тетивы ограждения со следами примыкания балясин. Конструкция балкона опирается на два фигурных кронштейна.

Первоначально здание отапливалось тремя печами: двумя кирпичными галанками в трепезной и одной в алтаре. Места расположения ны- не не существующих печей устанавливаются благодаря остаткам их фундаментов. Изучение систем отопления культовых построек ,современных Покровской церкви в Балчуге, дает основание полагать, что расположение первоначальных печей было типичным. Аналогичным образом размещались печи в юго-западном и северо-западном углах трапезных деревянных церквей в поселке Сугристом Шалинской волости Красноярского уезда, в селе Кольцовском и в деревне Избушечной Ачинского уезда. При этом, печи в алтарях размещались у южной стены апсиды. Выводы печных труб могли завер- шаться зонтами из просечного железа с формами, характерными для этих деталей в Приенисейской архитектуре начала XX века.




Кафедра ЮНЕСКО в Красноярске

Фонд Архитектурное наследие Центральной Сибири

Старые фотографии
Информационные партнеры