Николаевская церковь в селе Большой Кемчуг - история строительства

Добавлена: 05.08.2014
Добавил: архитектор
Объект:
Николаевская церковь в селе Большой Кемчуг - история строительства

История строительства и архитектурные особенности Николаевской церкви в селе Большой Кемчуг, Козульского района, Красноярского края 

 

Процесс развития строительства православных храмов на территории Енисейской губернии в 30-40-х годах XIX столетия отличался не только увеличением общего количества приходов и приходских церквей, но и числа построек из огнестойких материалов. В этот период времени возведение кирпичных православных церквей отмечено не только в губернской столице – городе Красноярске, но и получило распространение в ряде приенисейских уездов. Троицкая кладбищенская церковь в Красноярске (1836-1848гг.), церковь Иконы Казанской богоматери в Ачинске (1827-1833гг.), Троицкая церковь (1830-1841гг.) в селе Бараит, Покровская церковь (1829-1836 гг.) в селе Шилинском – далеко не полный список храмов, возведенных в это время. К этому интереснейшему периоду, отмеченному постепенной сменой стилевых качеств возводимых построек от архитектуры позднего классицизма к архитектуре в «русско-византийском» духе, принадлежит Николаевская церковь в селе Большой Кемчуг Ачинского округа. История сооружения этого памятника такова.

В декабре 1836 года епископу Томскому и Енисейскому Агапиту было подано прошение жителей ряда деревень Чернореченской волости Ачинской округи о дозволении открытия нового прихода и строительства в Большекемчугском селении каменной церкви во имя Николая чудотворца. Резолюцией епископа Агапита от 14 декабря 1836 года было предписано Красноярскому духовному правлению произвести необходимое «следствие» в порядке, установленном еще указом Синода 1722 года. При этом епископом указывалось «сведения предсмотреть доложить непомедля» с приложением плана, фасада и сметы новой каменной церкви. Помимо отмеченного выше указа Синодом в разное время специальными распоряжениями в целях недопущения «лишних» приходов, устанавливались особые требования к открытию новых приходов. Так, в сентябре 1778 года Синодом было повелено давать согласие «на построение вновь церквей при таких селениях, в коих приходских не менее ста дворов быть имеет, и те селения от приходских своих церквей в разстоянии не ближе двадцати верст находятся».

В марте 1795 года Синодом было постановлено «села где вновь церкви к строению назначены будут, то в тоих селениях имелось мужеска полу не щитая женского на каждый дом по четыре души и чтоб под кладбище новой церкви так и под селитьбу отведена должна быть земля». Опрос жителей Большекемчугской деревни, произведенный по указу Красноярского духовного правления в апреле 1837 года, показал, что они «единогласно изъявили желание выстроить среди селения новую каменную церковь во имя Святителя и Чудотворца Николая собственным кочтом». Для обеспечения будущей стройки денежными средствами жителями Большекемчугской деревни была высказана готовность пожертвовать в пользу церкви принадлежащий им перевоз через реку Кемчуг, протекавшую через селение. Для будущего причта большекемчугские крестьяне «в полной мере были согласны отвесть из дачь своих…узаконенную пропорцию земли самой лучшей и удобной и сколько возможно ближайшей к самому селению». Кроме того жители обязались выстроить для священнослужителей два жилых дома с принадлежащими службами (двумя амбарами, завознями и одной «мыльней») и выплачивать причту, из-за часто случавшихся неурожаев вместо руги денежные средства. 

Земельный участок под строительство Николаевской церкви был, вероятнее всего летом 1837 года, обследован помощником енисейского губернского архитектора П.А.Шаровым. В акте осмотра участка было отмечено: «Место для постройки каменной церкви в селении Большекемчугском предназначаемое, которое состоит вне селения между мостом и почтовым домом как по возвышенности своей, а равномерно и твердости грунта земли состоящего из глинистаго материала есть самое благонадежнейшее, от наводнений временно случающихся в оном селении безопасное». После рассмотрения материалов «следствия» Консистория в январе 1838 года приняла решение «дозволить строить» каменную церковь с одновременным образованием нового прихода.

Из переписки канцелярии томского епископа и Ачинского духовного правления становится известно, что 28 августа 1840 года в Томск были представлены проектные материалы (план, фасад и смета на сумму 9495 рублей и 18 копеек) новой каменной церкви, составленные в Енисейской строительной комиссии. Учитывая известный нам опыт проектирования православных храмов на территории Енисейской губернии в 20-40-х годах XIX века, можно предположить, что проект большекемчугской Николаевской церкви был составлен енисейским губернским архитектором либо его помощником.

Документально известно, что должность губернского архитектора в 1831-1837 годах занимал Дмитрий Александрович Маковецкий, а с 1837 года на эту должность заступил Поляков Алексей Иванович. В период разработки проекта Николаевской церкви помощником губернского архитектора работал Петр Алексеевич Шаров – ученик крупнейшего российского зодчего А.Н.Воронихина.

Благодаря записи, содержащейся в разделе хозяйственных документов описи имущества Николаевской церкви за 1851 год, документально устанавливается авторство проекта памятника. План и фасад Большекемчугской каменной церкви был составлен помощником енисейского губернского архитектора П.А.Шаровым в апреле 1838 года. Это обстоятельство позволяет не только расширить круг произведений этого известного архитектора, но и получить дополнительные представления о творческом методе зодчего в эпоху ужесточения государством требований к архитектурно-строительным процессам. Как известно в 1824 году «по высочайшему повелению» императора Александра I вышло в свет изданное в Петербурге Департаментом Государственного Хозяйства и Публичных зданий «Собрание планов, фасадов и профилей для строения церковных зданий». В многостраничном альбоме на восьмидесяти девяти рисунках содержался тридцать один проект церквей в стиле позднего классицизма, которые были составлены санкт-петербургским губернским архитектором Михайловым и членом Строительного комитета Шарлеманем. Кроме того архитектором Шарлеманем были сочинены «обстоятельные наставления для строителей с пояснительными чертежами важнейших частей» зданий «по правилам лучшей архитектуры» и руководство для составления смет.

Несмотря на известное усиление бюрократизации процесса строительства церквей, опубликованные в указанном альбоме планы и фасады храмов, не содержали требования обязательного их использования. В «предуведомлении» к тексту «собрания» его авторы писали: «Не предполагается также и то, что бы по сим планам и фасадам непременно строить церкви во всяких местах и обстоятельствах». Более того «собрание планов и фасадов» оставляло заказчикам церквей свободу в выборе авторов проектов и составлении ими проектов будущих церковных построек. «Содержащиеся в книге сей чертежи и наставления будут весьма полезны и в таких случаях, когда и другие планы и фасады от искусных архитекторов составлены будут», — писали авторы «собрания».

Изучение храмостроительной практики на территории Енисейской губернии в 20-40-х годах XIX века позволяет сделать вывод о различных подходах заказчиков к выбору архитектурно-художественного облика будущих церковных построек. В отдельных случаях заказчики церквей ориентировались на опубликованные в «собрании» проекты с их прямым цитированием. Так, например, при строительстве в 1829-1832гг. каменной Покровской церкви в селе Шилинском были использованы чертежи планов и фасадов проекта под № V из «собрания». Интересно, что первоначально шилинская Покровская церковь имела как в проекте крестообразную центрическую композицию, а позднее, в 1850 году, к возведенному храмовому объему была пристроена колокольня, соответствовавшая своими формами архитектуре основного объема здания. Близкую композицию архитектурных объемов проектам Шарлеманя и Михайлова имеет Казанская церковь в Ачинске, выстроенная в 1827-1833 годах. В качестве образца при возведении здания был выбран проект под № 23 из «собрания». Композиционная структура плана Казанской церкви, уникальная для церковного строительства Енисейской губернии, обнаруживает незначительные расхождения с планом «образцового проекта».

В других случаях архитектурные формы церквей, возводившихся в енисейских уездах, не имели прямых аналогий с проектами из «собрания». К числу таких построек следует отнести ряд произведений, созданных в конце 20-х – 30-х годах XIX века енисейским губернским архитектором Д.А.Маковецким и его помощником П.А.Шаровым. Это Николаевская церковь в Каменском винокуренном заводе, выстроенная в 1828 году на средства чиновника енисейской губернской казенной палаты Ивана Семеновича Пестова, – автора известных записок по географии и истории Енисейской губернии, Николаевская церковь в селе Конторском Канской округи (1840-е гг.), Троицкая церковь в селе Бараит (1839-1841гг.), а также кладбищенская Троицкая церковь в Красноярске (1836-1848гг.). Все эти постройки объединяет сложившийся на

территории приенисейских уездов еще в XVIII веке прием построения объемно-планировочной структуры, предполагающий последовательное расположение на продольной оси зданий их основных объемов: храма с алтарной апсидой, трапезной и колокольни.

Особенностью первоначальной крестообразной объемной композиции указанных церквей, выстроенных в стиле позднего классицизма, являлось наличие пристроев у северного и южного фасадов их колоколен, где размещались помещения сторожевской (как правило, с юга) и лестничного блока (с севера) для входа на ярус звона. К числу таких произведений, созданных помощником енисейского губернского архитектора Шаровым П.А. в 20-40-х годах XIX века, без прямого использования проектных чертежей «собрания» Шарлеманя и Михайлова следует отнести и Николаевскую церковь в селе Большой Кемчуг.

В марте 1842 года в томской духовной консистории было рассмотрено прошение жителей селений Большекемчугского, Ибрюльского и Козульского Чернореченской волости Ачинского округа об ускорении выдачи разрешения на построение каменной церкви. «Доверенные от общества» крестьяне Василий Герасимов и Иуда Иванов приложили к прошению план и фасад предполагаемого здания. Резолюцией епископа томского и енисейского от 27 марта 1842 года было повелено: «Консистории разсмотреть с делом и представить с мнением без промедления».

При рассмотрении проекта новой церкви духовными властями был высказан ряд замечаний. Так, «не назначено к построению ни кладовой, без которой впрочем церковь не должна быть, ни на олтаре креста, каковый также по примеру православных церквей и особенно в Сибири, преиспособляет к понятиям простаго народа, необходимо поставить следует, а во всем прочем сделать сообразно с установлениями и потребностями церкви». По мнению консистории строительство церкви можно было дозволить строить « с таковым токмо изменением, чтобы под лесницею в паперти была кладовая со входом из церковной трапезы, отнеся для сего с одной стороны вход на колокольню к западным дверям, и печь из трапезы в правое крыло церкви в симметрию с таковоюж на левом крыле назначенною, или совершенно уничтожить оную, если может будет и без нее обойтись, и чтоб на олтаре поставлен был крест по примеру прочих православных церквей».

Вероятнее всего в последующий период в проект Николаевской церкви Шаровым П.А. был внесен ряд изменений, в соответствии с высказанными духовными властями замечаниями. Из рапорта ачинского благочинного протоиерея Иоанна Розанова следует, что каменная церковь в Большекемчугском селе была заложена первого октября 1842 года. Надзором за строительством церкви в селе Большой Кемчуг, вероятнее всего, занимался Шаров П.А. Согласно статей 209 и 210 «Устава строительного» 1842 года для надзора над правильностью постройки церквей откомандировывались либо губернские архитекторы, либо «другие знающие архитектуру чиновники». В случае невозможности участия указанных лиц в надзоре, по Указу Синода от 31 декабря 1845 года прихожанам была предоставлена возможность избирать «сведущего в архитектурном искусстве человека» с представлением в Консисторию свидетельства губернской Строительной комиссии о способности его к строительному делу.

Судя по документам церковного архива, возведение здания было завершено к 1848 году. Интерьер Большекемчугской церкви был полностью оборудован для богослужений. Функционировать церковь начала в 1849 году, когда был официально открыт приход. Именно с этого времени в церкви велись исповедные росписи и метрические книги.

Сохранившаяся в фондах красноярского краевого архива опись имущества Болькемчугской Николаевской церкви за 1851 год не только дает нам представление о первоначальном архитектурном облике этой постройки, но и о художественном решении ее интерьеров. Приводим выдержку из указанной описи. Церковь каменная с таковою же колокольнею построена 1848 года иждивением прихожан и боголюбивых дателей длиною десять а шириною седьм сажен с одним приделом во имя Святителя и Чудотворца Николая Мирликийского. Для входа в нее со стороны западной двои двери деревянные выкрашенные с обеих сторон желтою краскою на масле. С северной и южной стороны такие же двойные двери деревянные из коих внутренние столярной работы со стеклами окрашенные голубою краскою, а наружные простой работы на железных крючьях и петлях с таковыми же задвижками, окрашенные желтою краскою. Окон внизу с правой стороны три. И с левой три в алтаре по обе стороны два вверху восемь всего шестнадцать нижние все окна с железными решетками и двойными стеклянными рамами окрашены с внутренней и внешней стороны голубой краскою верхние с обеих сторон деревянные некрашеные но двойные рамы. Полы в церкви и алтаре деревянные и выкрашенные желтою краскою».

Из записей, содержащихся в клировой ведомости о Николаевской церкви за 1863 год, становится известно, что с 27 октября 1861 года в ней было «воспрещено отправлять всякие богослужения, по случаю полных повреждений». О причинах и характере «повреждений» эта ведомость ничего не сообщает. Можно лишь предположить, что из-за просчетов, допущенных при строительстве здания, состояние его конструкций к концу 1861 года стало вызывать опасения у священнослужителей и руководства красноярского духовного правления. В известных нам документах архива Николаевской церкви нет сведений о характере произведенного в последующее время ремонта здания.

Ведомость о Николаевской церкви в селе Большой Кемчуг за 1889 год содержит информацию об отсутствии в это время колокольни у здания. Материалы церковного архива сообщают, что в 1883 году первоначальная кирпичная колокольня церкви была разобрана «по случаю повреждения». При этом указанные материалы не содержат сведений о характере и объемах осуществленных работ по разборке. 

Натурное обследование конструкций колокольни позволяет сделать лишь предварительный вывод о том, что, вероятнее всего, разобраны были ее верхние ярусы. Из-за отсутствия точных данных о характере первоначальной архитектуры верхних ярусов колокольни, можно лишь сделать предположение о том, что изначально колокольня имела завершение, схожее с другими произведениями Д.А.Маковецкого и П.А.Шарова. У сохранившихся Троицкой кладбищенской церкви в Красноярске и Николаевской церкви в селе Каменка енисейского района колокольни имеют несколько убывающих по размерам ярусов и завершаются шпилями. Такую же объемную композицию со шпилем, судя по сохранившемуся проекту, имела и Николаевская церковь в селе Конторском канской округи.

Композиция плана Николаевской церкви характерна для произведений русской церковной архитектуры эпохи позднего классицизма. Крестообразная структура плана здания образована прямоугольным, вытянутым вдоль продольной оси здания, помещением храма, с примыкающей к нему с востока полукруглой алтарной апсидой, двумя вытянутыми с востока на запад помещениями боковых приделов и прямоугольным, имеющим меридиональные пропорции, помещением трапезной. С западной стороны к трапезной примыкает небольшое квадратное помещение церковной паперти, фланкированное с севера и юга узкими, вытянутыми с востока на запад помещениями лестничной клетки и сторожевской. Такая планировочная структура достаточно типична для приенисейских церквей 20-40-х годов XIX века, спроектированных помощником енисейского губернского архитектора П.А.Шарова. К числу построек, обладающих такой же структурой плана, следует отнести Николаевскую церковь в Каменском винокуренном заводе, Николаевскую церковь в селе Конторском, Троицкую церковь (1851-1853гг.) в селе Шалоболино Курагинского района.

При типичности объемно-пространственной композиции здание большекемчугской Николаевской церкви имеет ряд конструктивных особенностей. Редкой для объемных композиций православных церквей Енисейской губернии первой половины XIX века в стиле позднего классицизма является овальная форма барабана храмового объема Николаевской церкви. Овал барабана вытянут вдоль продольной оси здания. Единственным аналогом из сохранившихся на территории Красноярского края каменных церквей с овальной, но вытянутой в направлении поперечной оси здания формой барабана, является Троицкая церковь (1812-1831гг.) в селе Частоостровском Емельяновского района.

Необычен для церковной архитектуры Енисейской губернии первой половины XIX века конструктивный переход от четверика храмового объема к установленному на нем барабану. Над срезанными внутренними углами храмового четверика размещены в два яруса арки (лучковые в нижнем ярусе, полуциркульные в верхнем), на которые опираются участки кирпичных стен барабана. Устройство арочных элементов в кирпичных конструкциях храмовых объемов приенисейских церквей известно с начала XVIII века. В Богоявленском соборе (1709-1712гг.) и Воскресенской церкви (1735-1747гг.) в Енисейске были использованы мощные многоступенчатые тромпы, с опорой на них диагональных граней широких восьмериков. Одноярусные арочные конструкции в местах перехода от четверикового объема к широкому восьмерику известны по Спасскому собору (1735-1756гг.) Спасского мужского монастыря в Енисейске. В более поздних постройках, таких как, надвратная церковь Захария и Елизаветы (1785-1796гг.) указанного монастыря, Спасская церковь (1803-1815 гг.) в Минусинске, церковь Богоявления (1806-1825гг.) в селе Подсосном Назаровского района и Троицкая церковь (1812-1831гг.) в селе Частоостровском Емельяновского района, одноярусная арочная конструкция служила переходом от храмового четверика к восьмилотковому сомкнутому кирпичному своду.

 В целях экономии средств и сокращения сроков строительства, первоначальные перекрытия всех помещений Николаевской церкви, видимо, были выполнены плоскими из деревянных балок значительного сечения (в известных нам документах церкви нет упоминаний о сводчатых кирпичных перекрытиях). Нельзя исключить, что барабан храмового объема здания изначально не имел кирпичного свода.

Наблюдаемое сегодня перекрытие барабана – плоское по деревянным балкам. Такое конструктивное решение значительно снижает пространственные качества интерьера храмовой части здания. В этом отношении Николаевская церковь в Большом Кемчуге не одинока среди приенисейских памятников аналогичного круга первой половины XIX века. Такое же плоское перекрытие храмового объема имеет, например, Троицкая кладбищенская церковь в Красноярске.

характерных для кирпичных зданий Приенисейского края 1 половины XIX века, следует отнести деревянные плоские брусья («пяла»- в зодческой терминологии того времени), несущие конструкции плоских клинчатых оконных и дверных перемычек. Эти балки хорошо просматриваются при обнажении от штукатурки кирпичной кладки стен Николаевской церкви. Такое конструктивное решение плоских перемычек в кирпичных зданиях характерно для строительной практики рассматриваемого времени не только сибирских территорий.

Фундаменты здания — бутовые из валунов крупного и среднего размера с вкраплениями гранитных блоков. Стены здания сложены из большемерного кирпича. К числу редких конструктивных особенностей церквей Енисейской губернии рассматриваемого времени следует отнести конструкцию венчающих карнизов храмового четверика с алтарной апсидой, барабана и первого яруса колокольни. В наборе элементов венчающих карнизов, наряду с кирпичами, использованы плоские плиты из песчаника. Аналогичную конструкцию карнизов из известных нам памятников церковной архитектуры Красноярского края имеет Покровская церковь в селе Шила Сухобузимского района. Это обстоятельство позволяет высказать предположение, что в строительстве большекемчугской и шилинской церквей могли принимать участие представители одной строительной артели. 

В архитектурной композиции здания доминирует храмовая часть, представляющая собой кубический объем с водруженным на него овальным барабаном с уплощенным полусферическим куполом. Храмовое венчание, характерное для произведений поздней классицистической архитектуры, выполнено в виде четырехгранного барабана с небольшой подкрестной главкой (ныне утрачена). С восточной стороны к кафоликону примыкает алтарная апсида полукруглой формы, имеющая высоту равную высоте рукавов креста. С севера и юга храмовый объем расширен приделами прямоугольной формы. Фасады приделов завершаются треугольными фронтонами.

Массивная невысокая (из-за разборки в 1880-х годах верхних ярусов) колокольня Большекемчугской церкви имеет два яруса квадратного сечения. Ярус звона по сторонам света прорезан четырьмя проемами с полуциркульными перемычками. В проемах частично сохранились деревянные балки с металлическими коваными хомутами для подвески колоколов. Оригинальна композиция завершения объема колокольни Николаевской церкви. Вспученный у основания четырехгранный пирамидальный с вогнутыми ребрами купол колокольни завершен невысоким барабаном в форме крупной балясины. Композиция венчания колокольни усложнена полукруглыми кокошниками, поднимающимися над углами четырехгранного объема яруса звона. Ориентированные по диагональным осям объема кокошники усиливают пространственные качества формы завершения колокольни. Металлическое покрытие купола и барабана способствует созданию эффекта единой архитектурной массы венчания.

Исключительно лаконичное декоративное убранство фасадов церкви исчерпывается тонкими горизонтальными тягами, опоясывающими объем здания в верхней зоне стен его нижнего яруса, а также храмовый барабан в уровне пят полуциркульных перемычек оконных проемов. К числу редких элементов декора следует отнести едва различимые исполненные тонкой полочкой архивольты над окнами барабана храма.

Первоначальные входы в здание, судя по материалам описи имущества за 1851 год, находились на западном фасаде колокольни и на центральных осях фасадов северного и южного приделов. Проемы входов имеют прямоугольные очертания вследствие устройства плоских клинчатых перемычек. В прошлом проемы имели двойные деревянные двери. Внутренние двери северного и южного входов были «столярной работы со стеклами». На фасадах приделов проемы входов не имеют декоративного оформления.

Оконные проемы нижнего яруса здания – прямоугольные с плоскими кирпичными перемычками. Декоративное оформление проемов на фасадах здания отсутствует. Алтарная апсида храма имеет два оконных проема, на центральной оси алтаря – прямоугольная ниша. Боковые фасады северного и южного приделов имеют по два оконных проема, фланкирующих входы в приделы. Окна в трапезной тройные: по бокам центрального прямоугольного проема, располагаются более узкие проемы. В части оконных проемов сохранились железные решетки кубоватого рисунка. На северном и южном фасадах нижнего яруса колокольни размещено по одному оконному проему почти квадратного очертания. Первоначально в окнах были вставлены двойные деревянные рамы со стеклами.

Вход на ярус звона колокольни изначально был устроен из помещения церковной паперти по узкой деревянной лестнице, находившейся у ее северной стены. Такое редкое для приенисейских храмов решение вероятнее всего появилось вследствие замечаний духовных властей, высказанных еще в 1842 году при рассмотрении проекта Николаевской церкви. Следы фрагментов этой лестницы сохранялись до конца 1980-х годов и были зафиксированы в обмерном чертеже плана здания в учетном паспорте на памятник архитектуры.

В интерьере Николаевской церкви пространство храмового объема через широкие арочные проемы соединяется с пространствами боковых приделов и трапезной. Арочный проем между храмом и алтарной апсидой имеет меньший размер.

Помещения церкви по данным описи 1851 года отапливались тремя печами «на железных связях с железными дверцами и чугунными закрышками или вьюшками». Судя по сохранившемуся проектному плану Николаевской церкви в селе Конторском архитектора П.А.Шарова, одна из печей должна была находиться у северной стены в алтарной апсиде, две другие печи предполагались в трапезной, примыкая к восточным стенам помещений сторожевской и лестничного блока. В ходе натурных исследований здания Большекемчугской церкви были обнаружены следы печей в алтарной апсиде и в помещении трапезной у восточной стены сторожевской. Место размещения третьей печи необходимо установить дополнительными натурными исследованиями памятника.

Опись имущества Николаевской церкви за 1851 год сообщает о портике с четырьмя колоннами, сложенными из кирпича, у западного фасада колокольни. Судя по ближайшим аналогам – Троицкой церкви в Красноярске, Николаевской церкви в Каменском винокуренном заводе, Николаевской церкви в селе Конторском, этот ныне утраченный портик завершался треугольным фронтоном. Кровля портика Большекемчугской церкви по данным указанной описи была выполнена из деревянного теса, крашенного в зеленый цвет. «Лицевая сторона» крыльца церкви в Большом Кемчуге была выкрашена в голубой цвет, карнизы портика в белый цвет. Размеры треугольного фронтона, завершавшего портик крыльца Николаевской церкви, могут быть восстановлены по сохранившимся на западном фасаде колокольни следам его примыкания (в том случае, если при перестройке колокольни в начале 1880-х годов, портик был сохранен в первоначальном виде). Высокие колонны портика принадлежали скорее всего тосканскому типу. У северного и южного фасадов Николаевской церкви изначально существовали крыльца с лестничными маршами (ныне отсутствуют). Их вид может быть восстановлен по изображению крылец на проекте Николаевской церкви в селе Конторском, авторство которой принадлежало, как указывалось выше, П.А.Шарову. Истинные размеры крылец, имевших с трех сторон лестничные марши, могут быть установлены натурными обследованиями территории памятника.

Здание Николаевской церкви изначально имело металлическую кровлю, выкрашенную по традиции зеленой краской – «медянкой». Железные кованые кресты на алтаре, храме и колокольне на момент составления описи 1851 года были выкрашены желтой краской.

Опись имущества 1851 года подробно сообщает об элементах убранства интерьеров Николаевской церкви в Большом Кемчуге. Главным сакральным акцентом убранства интерьеров здания был высокий предалтарный иконостас.

Приводим выдержки из его описания.

Иконостас деревянный столярной работы с лицевой стороны в гладких местах выкрашен голубою краскою, и рамы в нем по местам с резьбою около св.икон и вызолоченные по гульфарбе в восьми поставах или отделениях; с внутренней олтарной стороны выкрашен белою краскою на клею, а царские врата желтою краскою на масле. В нижнем ставе или отделении в середине царские двери решетчатые с резьбою и вызолоченные по гульфарбе и в них иконы Спасителя Благовещения Божией Матери, четыре евангелиста и под ними два ангела по сторонам в правую и левую с рипидами и все резные с таковыми же венчиками в верху еще сияние круглое резное и четыре по разным местам небольших херувима. Две иконы малого размера в серебряных под золотом ризах, весу в них до десяти золотников, подвешены на ангелах.

По правую сторону царских дверей в первом ставе в тумбе изображение св.жен Мироносиц, по левую сторону в том же ставе в тумбе видение Яковом лествицы.

Во втором ставе или отделении по правую сторону царских врат образ Господа Вседержителя и на полуденных дверях изображение св.первомученика архидиакона Лаврентия. По ту же сторону образ святителя Митрофания. В том же ставе по левую сторону образ Божией матери и на северных дверях изображение Св. первомученика и архидиакона Стефана.

Третий став или отделение. В сем ставе по правую сторону иконы Рождества Спасителя нашего Иисуса Христа и Вознесение Господне. В том же ставе по левую строну иконы Рождества Пресвятые богородицы и Преображение господне.

Четвертый став. В сем отделении над царскими дверями в середине икона Коронование Божией матери с резным предстоящим по правую сторону Ангелом и икона Св. Апостолов Матфея и Иуды на одной деке Св.Апостолов Якова Алфеева и св. Пророка Самуила. В том же ставе по левую сторону иконы предстоящий резной ангел, св.Апостолы Иоанн Богослов и Андрей Первозванный на одной деке. Апостол Яков Заведеев и Пророк Илия.

Пятый став. В сем ставе в середине над царскими дверями образы Господа Вседержителя и по правую сторону иконы Св.Иоанна Предтечи с архангелом Михаилом на одной деке и Св.Апостола Павла. В том же ставе по левую сторону изображение Божией Матери с архангелом Гавриилом на одной деке и Св.Апостола Петра.

Шестой став. Над царскими вратами образ Божией Матери с предвечным младенцем. По правую сторону иконы Введения во храм Пресвятые богородицы и Крещение Господне.

Примечательно, что репертуар декоративно-пластических элементов убранства иконостаса Большекемчугской церкви содержал объемную скульптуру, что для периода строительства здания являлось большим архаизмом. В этой связи можно высказать предположение, что весь иконостас в целом или его центральная часть были перенесены из какой-то более ранней церкви, подлежащей разборке в связи с ее ветхостью. Известно, например, что в 1845 году в процессе замены иконостасов (18 века) красноярской Покровской церкви старая алтарная преграда была продана во вновь выстроенную каменную церковь в селе Кекур.

Мы не располагаем документальными сведениями, позволяющими приписать авторство иконостаса кому-либо из лиц, занимавшихся в рассматриваемое время этой деятельностью. Учитывая имеющиеся у нас данные о разработке проектов иконостасов в Троицкую церковь (1831-1841гг.) в селе Бараит енисейским губернским архитектором Я.М.Алфеевым и его помощником П.А.Шаровым, можно предположить, что авторство иконостаса церкви в Большом Кемчуге принадлежит последнему. Изученные нами материалы архива Большекемчугской церкви не содержат сведений о мастерах, принимавших участие в изготовлении иконостаса. Не располагая документальными данными об обстоятельствах изготовления иконостаса Большекемчугской церкви, следует назвать возможных исполнителей работ по украшению интерьера здания. Так, например, в период завершения строительства церкви в селе Большой Кемчуг изготовлением иконостаса и написанием икон в придельный храм Казанской богоматери при Троицкой церкви в селе Бараит, занимались известные мастера — енисейские мещане Попов М.С. и Бутусин И.С. Резные и иконописные работы в холодный храм Бараитской церкви выполняли красноярские мещане Ростовых Я. и Белозеров С.

Николаевская церковь в селе Большой Кемчуг принадлежит к числу архитектурных произведений, характерных для периода позднего классицизма русской провинции. При всей типичности своих монументальных архитектурных форм, почти лишенных декоративного убранства, церковь, благодаря ее автору – архитектору Петру Алексеевичу Шарову – ученику великого русского зодчего Воронихина А.Н., обрела ряд индивидуальных черт, отличающих ее от современных церковных построек.

В результате частичной перестройки в начале 80-х годов 19 века изначально стилистически цельный архитектурно-художественный облик здания получил несколько эклектичный характер, с элементами «русского стиля» в завершении колокольни. Это обстоятельство нисколько не снижает историко-культурные достоинства памятника – одного из немногих сохранившихся памятников церковного зодчества Красноярского края 40-х годов 19 века. Современное техническое состояние Большекемчугской церкви требует незамедлительного проведения реставрационных мероприятий, имеющих достаточную документальную базу.

Статья написана по материалам Государственного архива Красноярского края и
Государственного архива Томской области в 2010 году.


Вид Николаевской церкви с юго-востока. Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
Вид Николаевской церкви с юго-востока. Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
Вид в застройке села. 
Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
Вид в застройке села. Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
План Николаевской церкви. Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
План Николаевской церкви. Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
Вид с юго-запада. Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
Вид с юго-запада. Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
Интерьер церкви. Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
Интерьер церкви. Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
Вид с востока. Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
Вид с востока. Автор фотографии - Гевель Е.З., август 2010 года
Церковь — аналог(фрагмент проекта). Николаевская церковь в селе Конторском канской округи.
Церковь — аналог(фрагмент проекта). Николаевская церковь в селе Конторском канской округи.
Вадим
  • C нами с: --:--:--
  • Комментариев:
  • Город:

Здравствуйте! Скажите, есть ли материалы по строительству Покровской церкви в селе Беллык Абаканской волости. Кто автор проекта, фотографии, история. Спасибо.

архитектон
  • C нами с: --:--:--
  • Комментариев:
  • Город:

Рекомендую заглянуть в книгу "Краткое описание приходов Енисейской епархии", изданную в 1917 году в Красноярске.

Ирина
  • C нами с: --:--:--
  • Комментариев:
  • Город:

Здравствуйте! Сообщите пожалуйста, будут ли проводиться ремрнтные работы в храме Св Николая Чудотворца в селе Большой Кемчуг этим летом? В июле-августе 2016 года?
Спасибо.

Имя (Псевдоним):   E-Mail:
Секретный код: сменить цифры   Повторите код:
Полужирный
Наклонный текст
Подчеркнутый текст
Вставка смайликов
Вставка картинки
Вставка цитаты
You Tube
Flash
Разрыв страницы
Закрыть все открытые теги





Кафедра ЮНЕСКО в Красноярске

Фонд Архитектурное наследие Центральной Сибири

Старые фотографии
Информационные партнеры